Вести недели

Автор: Илья Канавин Генри Киссинджер, бывший госсекретарь США, патриарх мировой дипломатии, высказал мысль, неожиданную для многих американцев. США больше не могут считаться исключительной страной. Появился равный соперник — Китай. "Никогда раньше не случалось, чтобы две крупные страны в разных частях мира находились в одинаковом положении. Отныне нельзя полагать, что одна сторона сможет доминировать над другой. Те страны, которые раньше можно было считать исключительными, должны принять тот факт, что у них теперь есть соперник. Полного согласия во всем может и не быть. Но в постоянном конфликте не победит ни одна из сторон", — подчеркнул Киссинджер. Да, Китай — мощный. И для Америки — неожиданно — другой. Это иная модель цивилизации, которая растет быстрее тех, кто считал себя лидером до сих пор. Китай делает то, что оказалось не под силу продолжать в СССР. Он уверенно строит социализм со своей спецификой. И при этом чтет своих прошлых лидеров. А места, связанные с их жизнью, уже давно стали точками массового паломничества как для самих китайцев, так и для иностранцев. Иероглифы — это не буквы. Даже не слова. Понятия, порой образы. Си – "учиться", "повторять", "летать", "тренироваться". В китайском мышлении — синонимы. Иероглифы на столе — знак гостеприимства. Выложены крашеным просом. "Красный в Китае и в какой-то мере в России — это цвет революции", — сказал Фань Сяньжун, полномочный министр посольства КНР в РФ. "Помнить первоначальный замысел, следовать своей миссии" — слова Си Циньпина, ставшие лозунгом. Наша официантка выделяется среди прочих проворством, улыбчивостью и значком — такие носят только коммунисты. В партии она состоит три года. Пройдя систему распознавания лиц при входе в футуристический вокзал, удивившись мигалкам на плечах полицейских, слегка смутив большой камерой проводницу, отправляемся в самое "красное" путешествие по Китаю. Сначала — из Пекина в Лянцзяхэ. Село в горах. 50 лет назад здесь жить впроголодь было нормой. Политическая биография Си Циньпина началась, когда его отца — крупного партийного функционера — арестовали в самом начале Культурной революции. А Мао Цзэдун объявил: образованная пекинская молодежь должна перевоспитываться у беднейших крестьян. 15-тилетний просвещенный юноша Си отправился перевоспитываться. Жилье для себя та самая просвещенная пекинская молодежь готовила сама. В горе. Рыла пещеры. Топчан на шестерых. Внизу — печь. Всюду — вши. Даже не полуголодная жизнь, а именно кровопийцы были поначалу самым тяжким испытанием. Что вырастишь, то и поешь. Террасы под поля и огороды вырубали в склонах гор. Техническая революция началась вот с этого заведения. Узнаваемые очертания. "Он построил первое в провинции приспособление для сбора биологического газа, что сделало наше село самым передовым во всей провинции", — рассказал секретарь партийной организации Лянцзяхэ Ши Чуньян. Си Циньпина за это наградили мотоциклом. И он свой тут же обменял его на общую дизельную мельницу. А за книжками ездил в библиотеку за 15-20 километров. Вот они, эти книжки. Среди них — такие нам знакомые: "Как закалялась сталь", "Война и мир". Сегодня село живет далеко не только сельским хозяйством. Туристы приносят хорошие деньги. На улице кормят вкусненьким, сельский кузнец торгует сувенирными тяпками. И бесконечные коллективные фото. Всюду. Его первая большая партийная должность — после оттепели и реабилитации отца — в провинции Хэбэй. Случилось невиданное. Си Цзиньпин уговаривает руководство построить съемочную площадку для культового китайского телесериала "Сон в красном тереме". Вот она: улицы, дворики. Все по-настоящему. С тех пор здесь сняли больше 200 фильмов, и простая съемочная площадка превратилась в целый городок. И, конечно, с тех пор сюда приезжают с детьми, с родителями. Отдохнуть, потрогать кино руками, просто повеселиться. Это хоть и не великая, но вполне китайская стена. Когда ее восстанавливали, горожанам бросили клич: у кого есть старые кирпичи — несите. Несли. Восстановили. Можно гулять. Смотреть и слушать. На самом верху стены — огромный барабан. Говорят, что с его помощью поднимали дух бойцам перед атакой. А в абсолютной тиши пожилая китаянка чертит подарок для диковинных русских. "Чистое сердце". Первый иероглиф имени Цзинь. Означает "наступать", "приближаться". Он вызовет лифт, найдет ваш номер, позвонит по телефону и отдаст еду, которую вы просили, предложив на прощание совместное фото. Речь – о гостиничном роботе. Почти то же самое происходит здесь. Сямэнь — начало морского Шелкового пути. О том, что путь все-таки шелковый, напоминают так похожие на джонки крошечные лодки в акватории гигантского порта. Разгрузкой занимаются роботы. Массовые свадьбы — недавняя традиция. Один из способов борьбы с бедностью. Столетиями было принято проводить свадьбы с такими тратами, что часто даже не самые бедные семьи разорялись. Компартия Китая предложила альтернативу. Говорят, что в селах пока не очень приживается. Но привели нас на берег живописного озера не для того, чтобы поглядеть на свадьбу. "Именно здесь председатель Си Цзиньпин и Владимир Путин с лидерами других стран мира обсуждали планы дальнейшего развития", — сказал вице-мэр города Сямэнь Хуан Цзян. Музей саммита БРИКС-2017. Все осталось так, как было. Создавать музеи принято. В некоторых городах музеев революции по нескольку десятков. И, конечно, в колыбели китайской революции. Землянки Мао, его соратников. И бесконечный поток людей. Сфотографироваться на трибуне, с которой выступал великий кормчий, послушать истории, сидя прямо на тропинке, — "красный" туризм в Китае фантастически популярен. Полное ощущение, что в Китае турист — это китаец. Это тоже туристы. Красное знамя и фоном — цитата Си Цзиньпина на огромном валуне: "Зеленая гора и чистая река — это золотая гора и серебряная река". Считается, что с этой деревни начался экологический туризм. Пять лет назад здесь работали три цементных завода. Вся деревня жила за счет них. В конце концов дышать стало нечем — заводы закрыли. "Слова Си Циньпина вселили в нас уверенность. До этого мы просто страдали. Думали, где деньги взять. Си Цзиньпин дал нам понять, что наше расположение — это наше преимущество. А раньше мы не понимали. Значит, первое — это "уверенность", — отметил староста села Юй. В этом году село приняло 800 тысяч туристов. Дома переделаны под маленькие гостиницы. Приезжие гуляют по горам, берегам и бамбуковым рощам. Из бамбука здесь мебель, убранство ресторанов, бамбуковыми палочками едят вкусные бамбуковые побеги. И денег сельчане получают больше, чем от цемента. Золотая гора. На всех встречах, официальных приемах — непременно чашка чая. На улочках Фучжоу — чайные. Всюду. Заходим в первую попавшуюся. И специально для нас совершают чайную церемонию. И даже в ней кое-что оказывается роботизированным. Хозяин магазина рассказывает, что чай именно с его плантации Си Цзиньпин подарил Владимиру Путину. У нас так шумят на стадионе. Это — музей древностей. Ничего непочтительного к хранящимся здесь сокровищам. Просто, чтобы быть услышанным, надо напрячь связки. Но едва господин Чен Шоутянь, директор музея, чувствует в собеседнике заинтересованность, он вспыхивает энтузиазмом.