Вести недели

Автор: Елена Ерофеева Загадочная смерть в Стамбуле бывшего сотрудника британской разведки. Кому помешал основатель "Белых касок"? Ле Мезюрье никогда не читал турецких газет. Прожив три года в Стамбуле, язык он так и не выучил и, даже спускаясь в кофейню на первом этаже дома, где жил, Джеймс дружески похлопывал официанта по плечу и по-английски просил принести ему "как обычно" кофе без сахара. В понедельник кафе было закрыто, а турецкие газеты написали: в Стамбуле найдено тело бывшего британского шпиона. Он лежал в полутора метрах от своего дома. Его заметили идущие на утренний намаз прихожане. Жена в это время крепко спала. О том, что ночью овдовела, ей сообщили полицейские. На чашку кофе по-турецки ле Мезюрье уже не придет. Полиция запретила говорить с журналистами об этом человеке. И только повар кебабной нарушает запрет. Он рассказывает: восточную кухню британец не признавал. Всегда заказывал тост с сыром за пять турецких лир. "Важное лицо. Иногда заказывал у нас чай или тост. Здоровался. Но мы не понимали друг друга: он не знал турецкого, мы – английского", — вспоминает повар. Джеймса знали в лицо. Но чем занимается, никогда не спрашивали. Он жил неприметно в сером доме напротив мечети. На двери был установлен домофон, дверь открывалась по отпечатку пальца — постороннему не зайти. Смерть выглядит странной и загадочной. Турецкие эксперты отмечают: в крови погибшего обнаружена такая доза снотворного, что шаг в окно с третьего этажа он сделал во сне, — перепутал кровать с балконом. Ударившись об асфальт, Джеймс вдруг начинает ползти, словно спасается. Версия о самоубийстве напоминает чисто английское убийство. Этот дом — под объективами уличных камер. Но в ту роковую ночь ни одна из них не работала. Видео могло бы прояснить, кто приходил в тот вечер к ле Мезюрье и сам ли он выпал из окна или ему все-таки придали ускорение. "Турецкая полиция настаивает на том, что это — самоубийство. Если бы его толкнули, он не смог бы упасть на колени, а он упал именно так", — сказал Назиф Караман, главный редактор газеты "Сабах". Но убийство как версию тоже рассматривают. И вдова Эмма Уинберг — подозреваемая. Ее допрашивали уже дважды и даже закрыли выезд из страны. С Джеймсом они познакомились в Турции в 2016-м. Год назад поженились. Эмма Уинберг работала здесь в консульстве Британии. Джеймс ле Мезюрье — на британские спецслужбы. "Может, он работал в британской разведке или в Секретной разведывательной службе. Поэтому британские спецслужбы видели в нем подходящую фигуру, компетентного человека для создания организации "Белые каски", — отметил Маркус Пападопулос, издатель и главный редактор Politics First. Согласно бумагам, эта неправительственная организация должна была оказывать гуманитарную помощь гражданскому населению Сирии. Но фактически работали в тесной связке с террористами. Спасательные работы, которые рекламировали в западных СМИ, "Белые каски" вели исключительно на стороне боевиков. "У нас были сотрудники, которые одновременно были и боевиками. Дополнительно за участие в боевых действиях нам платили 100 долларов месяц", — рассказал Абдулджабар Бодака, экс-сотрудник "Белых касок". "Белые каски" занимались фейковой пропагандой. Они снимали постановочные ролики о химических атаках, которых не было. Спонсорами этой откровенной лжи выступали США, Британия, Германия, Нидерланды и Канада. "Самая известная провокация "Белых касок" — это провокация в городе Дума, фальсификация химической атаки, которая послужила итогом для агрессии США, Великобритании и Франции, ракетный удар, который был незаконный, нарушение всех международных норм", — подчеркнул Максим Григорьев, директор Фонда исследования проблем демократии. 7 апреля 2018-го "Белые каски" разыгрывают спектакль: в госпиталь загоняют мирных жителей. Начинают поливать водой из шлангов, акцент — на детях. В кадр попадает мальчик Хасан Диаб. В видеосюжете его преподнесли как жертву химатаки. А вот как было на самом деле. "Мы сидели дома, а на улице жгли покрышки. Мы почувствовали запах и вышли на улицу подышать. Там нас схватили люди с эмблемами "Белых касок". Меня и моих братьев забрали в какое-то помещение, где обливали водой и снимали на камеры", — вспоминает Хасан. За участие в той "массовке" детям раздали финики и печенье, а потом всех отпустили домой. Ровно через неделю — 14 апреля — США, Великобритания и Франция выпустили по территории Сирии 103 ракеты. Спровоцировало этот налет постановочное видео "Белых касок". "Белые каски" находились здесь в приоритетном положении, их поддерживали. Даже дети знали, что они под защитой главарей бандитских группировок. Общаться с ними было чревато", — отметил отец Хасана. После тех событий прошло полтора года. Хасан с отцом по-прежнему живут в Думе. Мальчик учится в четвертом классе, больше всего любит играть в футбол. За все это время ни одна международная организация к ним не обратилась — желания разобраться в провокациях "Белых касок" у Запада не возникло. "Официально британское правительство говорило своим гражданам и остальному миру, что "Белые каски" являются благотворительной организацией. Но в реальности она была пропагандистским подразделением, террористической организацией", — сказал Маркус Пападопулос. Российский Фонд исследования проблем демократии доказал связь "Белых касок" с террористами. Им удалось поговорить с бывшими сотрудниками этой организации и простыми сирийцами. "Белые каски" захватывали медицинские центры и больницы. Использовали их для лечения боевиков. "Белые каски" далеки от человечности", — говорили люди. Никаких добровольцев в "Белых касках" не было — только наемники. Они получали зарплату в долларах, правда, называли это благодарностью за то, что рыли окопы, перевозили боевиков, доставляли боеприпасы и устраивали провокации. Спонсорами выступали США, Великобритания, Германия, Нидерланды и Канада. За пять лет через организацию "Белые каски" прошли больше двухсот миллионов долларов. И погибший ле Мезюрье, конечно, имел доступ к этим деньгам. Это объясняет еще один возможный мотив убийства. "В "Белые каски" идет огромный поток финансов. Они, конечно, расхищали значительный объем этого финансирования. И вполне возможно, что здесь вопрос шел о примитивной, абсолютно циничной дележке средств", — считает Максим Григорьев. Кроме огромных денег Джеймс имел неограниченный доступ к информации. И этим был опасен для своих же кураторов. Недалеко от штаб-квартиры "Белых касок" — генеральное консульство Великобритании. Так что ле Мезюрье всегда был под присмотром и вполне мог оказаться под прицелом — он слишком много знал. Все провокации "Белых касок" сводились к тому, чтобы помешать России в борьбе с террористами и развязать руки Соединенным Штатам в их собственной войне в Сирии. Свою роль британский разведчик, очевидно, уже отыграл. Но британская пресса в день гибели Ле Мезюрье, едва лишь полиция приступила к расследованию, уже обвиняла Москву: писали, что это — месть России. Истерика продержалась несколько дней. Но ни доказательств, ни логики в этом так и не нашли. "Его смерть спровоцирована тем, что "Белые каски" начали кровопролитие в Сирии. Может быть, какой-то сириец или сирийка решили отомстить Джеймсу ле Мезюрье. Я подозреваю, из-за того, что Джеймс не был на самом деле гуманитарным работником, британская разведка закрыла это дело. Как он погиб, мы никогда не узнаем", — уверен Маркус Пападопулос. Вдова Эмма Уинберг в деталях рассказывает последний день жизни Джеймса: были на острове — у них там дом, потом вернулись в Стамбул — муж плохо себя чувствовал. Вечером к нему зашел близкий друг. Они о чем-то долго беседовали. А после ле Мезюрье не мог найти себе место, нервничал. "Использовал антидепрессанты и в результате вот какого-то криза покончил с собой. Это – официальная версия. Но здесь сразу надо говорить, что такие знаковые фигуры редко уходят из жизни случайно или естественным путем, поскольку действительно он много знал", — считает Борис Долгов, ведущий сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН. Версия о самоубийстве для Уинберг сегодня удобна, чтобы отвести подозрения от себя, ведь и в бывшем британском дипломате можно заподозрить разведчика. А значит, чтобы устранить Джеймса ле Мезюрье, необязательно пускать в дом посторонних.