Известно отношение Чарльза Диккенса ко всему церковному, к праздникам в частности, а именно к Рождеству, которое у Диккенса сложилось в особую рождественскую идеологию. Литературоведами исследовано его внецерковное понимание Рождества. В случае с ним речь идёт о так называемой религии сердца. «Рождественская песнь в прозе» это ведь именно проза, и её символ не свет Вифлеемской звезды, а домашний очаг, его свет. И даже именно очаг в семье, которая едва сводит концы с концами. Не спроста Эдвард Хескет Пирсон британский писатель и актёр, уже в двадцатом веке, назвал Диккенса мрачным социалистом. Алексей Франдетти немного рисковал, переводя эту историю в мюзикл с куклами. Но, положился, должно быть, на свой опыт, на способности актёров театра Образцова, на особые свойства кукол, и не прогадал.