Мастер достоверного вымысла, как его иногда величают, Юлиан Семёнов написал роман так, что доля исторической достоверности в нём — это последнее, что волнует. То же и в телевизионном художественном фильме, даже может больше, чем в романе, потому что там ещё и актёры забирают внимание, то есть портреты, ими созданные. У Татьяны Лиозновой сплошь народные и заслуженные. Спустя полвека можно делать расчёт на новые поколения (и зрителей, и актёров), они точно уже не в плену полюбившихся кем-то когда-то образов. Но то, что между спектаклем и книгой находится знаменитейший фильм, это требовало от Юрия Грымова особой отваги. Возможно, отваги ему придаёт его уверенность в знании темы. Он утверждает, что уже пять лет занят изучением истории Третьего рейха, материалов Нюрнбергского процесса, и что этот спектакль — четвёртый на эту тему, что он тоже о фашистской Германии, то есть, в отличие от фильма, это часть большого исследования. Но чувствуется, что Юрий Грымов ревнует зрителя к фильму, и он твёрдо объявляет о его верности именно книге. Мы с ним о том и поговорили.