Голос архитектуры. Совместный проект с Союзом архитекторов России Очеловеченные здания. Сергей Гнедовский: Архитектура задает пространственные переживания
Сергей Гнедовский: "Мой отец – архитектор. Вечерами у нас дома собирались его друзья, делали конкурсные проекты. Я едва доставал до столешницы, вставал на цыпочки, заглядывал – и видел поселки, дома, в которых горели лампочки, и это было счастье".
"Мы оформили глухую стену Театра Петра Фоменко с помощью композиции из металлических лестниц и балок. Петру Фоменко это не понравилось, потому что в этой поверхности отсутствовало человеческое начало. И когда мы придумали вместо одной из балок сделать маленький балкончик. Петр Наумович обрадовался. Перед началом спектакля трубач может выходить на этот балкон и оповещать о начале спектакля".
"Во время строительства Московского дома музыки Зураб Церетели, покойный, сказал, что народ никогда не догадается, что это Дом музыки, поэтому надо на крыше поставить скрипичный ключ".
"Была задача построить музей Куликовской битвы в чистом поле. Я переночевал в этом поле в палатке, чтобы все это почувствовать. И мы поняли, что в этом поле никаких зданий, никаких сооружений, наполненных пафосом, строить нельзя. Гораздо серьезней и сильнее сама природа. И тогда появилась идея холмов и дороги к ним. Битва – это дорога".
О диалоге между архитектором и режиссерами при строительстве театра, о дистанции, с которой зрителю видны глаза и мимика актера; дискуссии по поводу того, сколько лестниц должно быть в Московском доме музыки; реализации программы идеального города в районе Марьино; об архитектурном тексте музея “Куликово поле” и о том, как архитектура задает пространственные переживания.
Гость: Сергей Гнедовский, народный архитектор России, кандидат архитектуры, академик Московского отделения Международной Академии Архитектуры, член-корреспондент Российской Академии строительных наук, профессор.
