Персона грата "Персона грата": Лаврентий Губин
Гость программы "Персона грата" – пресс-секретарь сети операторов казино Лаврентий Губин. Тема: "Как работает закон "О запрете игорного бизнеса" в России"
Игровые автоматы с прошлого лета каленым железом выжигают с российской территории, однако однорукие бандиты чудесным образом живут и здравствуют. И когда 1 июля все казино, согласно требованиям закона, закрылись, звучали предположения, что теперь, скорее всего, они просто станут нелегальными. Да и с самого начала было понятно, что в законе, запрещающим игорный бизнес, есть лазейки для тех, кто не хочет оставлять этот бизнес. И понятно, что этими лазейками тут же стали активно пользоваться. Государство оперативно среагировало и, например, покерные клубы тут же запретило. Будут искать другие лазейки?
Лаврентий Губин: Самая простая лазейка – это нелегальный бизнес, когда кто-то устраивает азартные игры нелегально под прикрытием для определенного круга людей. Это всегда было, во всех странах, которые пытались запретить игорный бизнес. В частности, хороший пример – Китай, Израиль, где азартные игры запрещены, но известно, что там существует огромное количество и подпольных казино, и залов игровых автоматов.
Этот бизнес приносит максимальную прибыль, когда ведется нелегально, потому что вы не платите налоги, не платите лицензионные сборы, у вас нет никакой ответственности. В конце концов вы можете даже не выплачивать выигрыши, потому что на вас никто не может пожаловаться. Игорный бизнес действительно довольно прибылен, и его рентабельность гораздо выше, чем в других отраслях.
Мы говорили о тех, кто ушел в подполье, но крупные ответственные компании, наверное, пошли другим путем и, насколько я знаю, вектор их движения, у вашего холдинга, в частности, оказался направлен в зарубежные страны. Куда вы перенесли свой бизнес после запрета казино в России.
Лаврентий Губин: География довольно широкая – начиная от Мексики, Латинской Америки, Германия, страны СНГ – Армения, Белоруссия, Киргизия, сейчас еще в других странах развиваются проекты - то есть там, где есть легальная база, там где власти понимают, что регулировать и получать все-таки какие-то плюсы в бюджет, это выгоднее, нежели запрещать и тратить деньги на борьбу, и при этом все равно получать намного большие негативные социальные последствия. То есть в тех местах, где адекватный подход к этой отрасли, там мы и развиваем сейчас свой бизнес.
А в странах СНГ вы ориентируетесь на местных потребителей ваших услуг, или, например, в Белоруссии, вы рассчитываете, что из Москвы поедут туда тоже.
Лаврентий Губин: Конечно, нельзя рассчитывать стопроцентно на московских игроков даже в той же Белоруссии, несмотря на то, что Минск очень близко расположен к Москве. Конечно же, есть и местный рынок, на который мы рассчитываем. Но в случае с Минском, вы абсолютно правы, здесь, конечно, довольно много игроков готовы ездить, и мы, в том числе, и на них рассчитываем.
Белоруссия, помимо географии, привлекает отношением власти к этой отрасли. Когда Лукашенко сказал, что он хочет лучший в Европе закон по игорному бизнесу, и он приветствует инвестиции в этом направлении. Мы поняли, что на этом рынке мы можем работать, и есть перспективы. Такой закон разрабатывается.
Пока такой закон разрабатывается, в какой стране, по вашему мнению, этот закон об игорном бизнесе наиболее цивилизованный, и работать по нему можно очень хорошо.
Лаврентий Губин: Англия и США. Это два примера, которые мы тоже могли бы взять на вооружение. Но они немного разные. В США яркий пример – это Лас-Вегас, хотя в 36-ти других странах существует игорный бизнес – там помпезный подход, большие отели, яркие вывески, шоу. А в Англии, наоборот – там более закрытые клубы, маленькие таблички "казино", никаких ярких вывесок, более серьезные ограничения по операциям, финансам и так далее. Но то и другой подход эффективно работает.
