Персона грата "Персона грата": Сергей Кривенко
26 июля 2007, 13:30
Есть такая профессия – Родину защищать. В этой фразе, конечно, много пафоса, но по сути она очень верна. И, надо сказать, столь же бесполезна для пробуждения чувства гражданского долга у граждан призывного возраста, которые продолжают считать, что в армии им делать нечего, хотя при этом никто не сомневается, что родную страну защищать необходимо.
Гость Виталия Ушканова – координатор общественной инициативы "Гражданин и армия", секретарь коалиции "За альтернативную гражданскую службу" Сергей Кривенко.
– Много в нашей стране матерей, которые стремятся уберечь своих детей от армии?
Кривенко: Много, хотя уже не так много, как раньше. Два раза в год с началом призывной кампании общество лихорадит. К сожалению, общее состояние армии, нерешенность проблем к этому подстегивают. Военная реформа постепенно движется, но не так быстро, как мы на это рассчитывали. Призыв – до сих пор болезненная проблема для нашего общества.
– Несмотря на обещание оздоровить атмосферу в частях и подразделениях, которые звучат на самом высоком уровне, энтузиазма у родителей не прибавляется?
Кривенко: Идут несколько процессов. В последние годы принято очень важное решение о переходе на добровольный принцип комплектования армии. Худо-бедно программа выполняется. Проблема в том, что худо и бедно. Мы фиксируем большое сопротивление заинтересованных лиц из военного руководства. Есть необходимость в том, чтобы общество взяло под контроль эти процессы. Заканчивается принятая в 2003 году 3-летняя федеральная целевая программа по переводу практически всех частей постоянной боевой готовности на контракт. Со следующего года на контракт начинают переходить сержанты и старшины, подводные и надводные корабли, пограничные войска. Полностью меняется смысл и функция призыва: он остается только для подготовки военно-обученного резерва. По сути, службу по призыву военнослужащие должны проходить только в учебных центрах. А для тех, кто вообще не хочет брать в руки оружие, существует альтернативная гражданская служба, срок которой с 2008 года составит 1 год 9 месяцев. Если бы такая модель была полностью реализована в ближайшие годы, и напряженность в обществе серьезно снизилась бы, и обстановка в армии стала бы более здоровой.
– Вы работаете в общественных правозащитных организациях. Есть, по вашему мнению, реальная возможность осуществлять гражданский контроль над призывной ситуацией?
Кривенко: Установление гражданского контроля – это долгий процесс. Его инициировали в трудные 90-е общественные организации, союзы комитетов солдатских матерей. Сейчас, надо констатировать, идея доходит до руководства и президент в одном из своих посланий отмечал необходимость такого контроля. Создан Общественный совет, в армии появились родительские комитеты. Как это было сделано, отдельный вопрос. Но впервые в истории российской армии начинают появляться органы общественного контроля. Наша задача – превратить эти зародыши в нечто реально действующее.
– Опасно, если они станут ширмой: контролирующие органы вроде есть, а контроля нет.
Кривенко: К сожалению, вероятность этого велика. Указание министра обороны о создании родительских комитетов восприняли так, что такие комитеты создаются только из числа родителей молодых людей, которые служат в армии. Между тем запрета на участие в комитетах других лиц нет. Мы стараемся следить за процессом. В тех регионах, где к работе привлекли общественные организации, которые этим занимаются давно, дело хоть как-то движется, в других местах Минобороны отчиталось о создании родительских комитетов во всех частях, но они столкнулись с большой проблемой – экстерриториальностью прохождения военной службы: родители не могут доехать до такой части.
– Но если в такие комитеты будут входить родители ребят, которые служат в армии, они будут очень управляемы?..
Кривенко: Совершенно верно. Нарушается один из основных принципов гражданского контроля: к контролю нельзя привлекать заинтересованных лиц. Такой принцип принят во всем мире, и в общественные советы над закрытыми учреждениями родственники тех, кто там содержится, не входят. Год назад Общественная палата, обобщая многочисленные предложения общественных организаций, высказала идею о необходимости создания не родительских комитетов, а общественных советов при воинских частях, которые состояли бы из депутатов, представителей администраций регионов, на территории которых находятся воинские части, из общественных организаций. Эта идея в Минобороны трансформировалась в соответствующий орган – Общественный совет при министерстве.
Досье
Кривенко Сергей Владимирович, координатор общественной инициативы "Гражданин и армия".
Родился 17 октября 1962 г. в Подмосковье.
Окончил Московский физико-технический институт.
По окончании аспирантуры стал научным сотрудником Физического института им. Лебедева РАН.
Кандидат физико-математических наук.
С 1988 г. – член общества "Мемориал". Сотрудник научно-исследовательского и просветительского центра "Мемориала".
Координатор Соловецкого землячества московского "Мемориала", организатор ежегодных дней памяти и руководитель летних трудовых молодежных добровольческих лагерей на Соловецких островах.
Член правления московского "Мемориала".
Член правления международного общества "Мемориал".
Руководитель программы "Альтернативная гражданская служба" гуманитарно-благотворительного центра "Сострадание".
В 2002 г. избран секретарем коалиции общественных объединений "За демократическую альтернативную гражданскую службу".
В 2006 г. стал координатором общественной инициативы "Гражданин и армия".
Член экспертного совета при уполномоченном по правам человека в России.
Женат, отец троих детей.
Гость Виталия Ушканова – координатор общественной инициативы "Гражданин и армия", секретарь коалиции "За альтернативную гражданскую службу" Сергей Кривенко.
– Много в нашей стране матерей, которые стремятся уберечь своих детей от армии?
Кривенко: Много, хотя уже не так много, как раньше. Два раза в год с началом призывной кампании общество лихорадит. К сожалению, общее состояние армии, нерешенность проблем к этому подстегивают. Военная реформа постепенно движется, но не так быстро, как мы на это рассчитывали. Призыв – до сих пор болезненная проблема для нашего общества.
– Несмотря на обещание оздоровить атмосферу в частях и подразделениях, которые звучат на самом высоком уровне, энтузиазма у родителей не прибавляется?
Кривенко: Идут несколько процессов. В последние годы принято очень важное решение о переходе на добровольный принцип комплектования армии. Худо-бедно программа выполняется. Проблема в том, что худо и бедно. Мы фиксируем большое сопротивление заинтересованных лиц из военного руководства. Есть необходимость в том, чтобы общество взяло под контроль эти процессы. Заканчивается принятая в 2003 году 3-летняя федеральная целевая программа по переводу практически всех частей постоянной боевой готовности на контракт. Со следующего года на контракт начинают переходить сержанты и старшины, подводные и надводные корабли, пограничные войска. Полностью меняется смысл и функция призыва: он остается только для подготовки военно-обученного резерва. По сути, службу по призыву военнослужащие должны проходить только в учебных центрах. А для тех, кто вообще не хочет брать в руки оружие, существует альтернативная гражданская служба, срок которой с 2008 года составит 1 год 9 месяцев. Если бы такая модель была полностью реализована в ближайшие годы, и напряженность в обществе серьезно снизилась бы, и обстановка в армии стала бы более здоровой.
– Вы работаете в общественных правозащитных организациях. Есть, по вашему мнению, реальная возможность осуществлять гражданский контроль над призывной ситуацией?
Кривенко: Установление гражданского контроля – это долгий процесс. Его инициировали в трудные 90-е общественные организации, союзы комитетов солдатских матерей. Сейчас, надо констатировать, идея доходит до руководства и президент в одном из своих посланий отмечал необходимость такого контроля. Создан Общественный совет, в армии появились родительские комитеты. Как это было сделано, отдельный вопрос. Но впервые в истории российской армии начинают появляться органы общественного контроля. Наша задача – превратить эти зародыши в нечто реально действующее.
– Опасно, если они станут ширмой: контролирующие органы вроде есть, а контроля нет.
Кривенко: К сожалению, вероятность этого велика. Указание министра обороны о создании родительских комитетов восприняли так, что такие комитеты создаются только из числа родителей молодых людей, которые служат в армии. Между тем запрета на участие в комитетах других лиц нет. Мы стараемся следить за процессом. В тех регионах, где к работе привлекли общественные организации, которые этим занимаются давно, дело хоть как-то движется, в других местах Минобороны отчиталось о создании родительских комитетов во всех частях, но они столкнулись с большой проблемой – экстерриториальностью прохождения военной службы: родители не могут доехать до такой части.
– Но если в такие комитеты будут входить родители ребят, которые служат в армии, они будут очень управляемы?..
Кривенко: Совершенно верно. Нарушается один из основных принципов гражданского контроля: к контролю нельзя привлекать заинтересованных лиц. Такой принцип принят во всем мире, и в общественные советы над закрытыми учреждениями родственники тех, кто там содержится, не входят. Год назад Общественная палата, обобщая многочисленные предложения общественных организаций, высказала идею о необходимости создания не родительских комитетов, а общественных советов при воинских частях, которые состояли бы из депутатов, представителей администраций регионов, на территории которых находятся воинские части, из общественных организаций. Эта идея в Минобороны трансформировалась в соответствующий орган – Общественный совет при министерстве.
Досье
Кривенко Сергей Владимирович, координатор общественной инициативы "Гражданин и армия".
Родился 17 октября 1962 г. в Подмосковье.
Окончил Московский физико-технический институт.
По окончании аспирантуры стал научным сотрудником Физического института им. Лебедева РАН.
Кандидат физико-математических наук.
С 1988 г. – член общества "Мемориал". Сотрудник научно-исследовательского и просветительского центра "Мемориала".
Координатор Соловецкого землячества московского "Мемориала", организатор ежегодных дней памяти и руководитель летних трудовых молодежных добровольческих лагерей на Соловецких островах.
Член правления московского "Мемориала".
Член правления международного общества "Мемориал".
Руководитель программы "Альтернативная гражданская служба" гуманитарно-благотворительного центра "Сострадание".
В 2002 г. избран секретарем коалиции общественных объединений "За демократическую альтернативную гражданскую службу".
В 2006 г. стал координатором общественной инициативы "Гражданин и армия".
Член экспертного совета при уполномоченном по правам человека в России.
Женат, отец троих детей.
