Персона грата "Персона грата": Кирилл Андерсон
23 июля 2007, 10:30
Изучение истории для большинства ограничивается школьными уроками, потому зачастую наше представление о ней есть гремучий коктейль из обрывочных знаний и тех мифов, которые в огромном количестве присутствуют в общественном сознании. Как развенчать мифы и пробудить в гражданах живой интерес к истории? Об этом – беседа Виталия Ушканова с директором Российского государственного архива социально-политической истории Кириллом Андерсоном.
– Как возникает интерес к истории и что мешает людям его проявлять?
Андерсон: История – одна из тех областей знания, которая, освещая прошлое, высвечивает будущее. Интерес к ней возникает, как правило, в переломные годы: в критические моменты человек задается вопросом, как мы дошли до такой жизни, и невольно обращается к прошлому. Так было во все времена. В наше время интерес к истории необычайно велик. Это отражается и в появлении огромного количества исторических и псевдоисторических романов и фильмов вроде "Волкодава". К сожалению, именно на такой питательной среде вырастает представление об истории.
– К сожалению – потому, что у вас, профессионала, эти произведения вызывают улыбку?
Андерсон: Иногда больше, чем улыбку. Я понимаю, что желание сделать красиво в человеке неистребимо. Одно дело читать сложную научную книгу, другое – стреляшки-неваляшки. Это раздражает. В то же время есть и великолепные исторические романы, написанные профессиональными историками, которым тесно в рамках своего ремесла. Назову два примера: "Имя Розы" Умберто Эко и "Властелин колец" Толкиена.
– Интерес к истории во многом формируется на уроках в школе. Спикер Госдумы Борис Грызлов пообещал, что учебники истории будут попадать в школу только после государственной регистрации, в процессе которой Минобразования будет проверять правильность изложения исторических событий в пособиях, а неправильные пособия – безжалостно отсеивать. Как вы оцениваете эту идею?
Андерсон: Одна из напастей нашего времени – контролеры. На одного работающего семеро контролирующих. Я сторонник того, чтобы учебники проходили рецензирование, чтобы глупости отсеивать. Это очень хорошо, что стали появляться альтернативные учебники истории, преподаватель смог выбирать, по какому учебнику учить. Правда, многие учителя начали жаловаться, что не понимают, по какому пособию учить. Боялись говорить от своего лица.
Проблема сегодняшних учебников в отсутствии того, что раньше называлось "красной линией". Пусть марксистская концепция была ущербна, но это была какая-то связующая. Сейчас получается набор не связанных друг с другом анекдотов. В результате учащиеся не видят причинно-следственной связи, и доходит до кошмара. Студент-политолог второго курса Московского университета на экзамене отвечает: "Спиноза – древнегреческий философ, живший в Соединенных Штатах Америки". Это результат того, что он набрался фрагментарных знаний.
Задача истории не быть хроникером, не создавать летопись день за днем. История – это поиск связи: что произошло вследствие чего и что может произойти, если наступит то-то и то-то. История, как и литература, должна учить человека самостоятельно воспринимать мир и самостоятельно рассуждать. Тип самостоятельно мыслящего человека не всегда удобен для власти, но всегда ли нужны стране, которая хочет идти вперед, управляемые, безынициативные, несамостоятельно мыслящие люди?..
– В 90-е годы на головы неподготовленных читателей обрушился поток публикаций. Читатель оказался дезориентирован, не готов к восприятию этой информации…
Андерсон: Историческое знание субъективно. В XX веке в России появилось, по крайней мере, 3 замечательные биографии Наполеона: Мережковского, Тарле и Манфреда. Это три абсолютно разных Наполеона. Есть такое понятие – презентизм: историк пишет с позиций сегодняшнего дня, в прошлом ищет ответы на сегодняшние вопросы. Если 10 профессиональным историкам дать один сюжет, они истолкуют его по-разному. Другое дело заведомая фальсификация. С этим надо бороться. Когда в учебниках по отечественной истории Великая Отечественная война занимает 2 страницы, а действия союзников – 3, это перекос.
Досье
Андерсон Кирилл Михайлович, директор Российского государственного архива социально-политической истории.
Родился в Москве в 1949 г.
Окончил исторический факультет МГПИ имени Ленина и аспирантуру академического Института всеобщей истории.
С 1992 г. возглавляет Российский государственный архив социально-политической истории – бывший Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС и Центральный архив ВЛКСМ.
Кандидат исторических наук.
Преподает на философском факультете МГУ.
Доцент кафедры истории социально-политических учений.
Автор более 70 публикаций по истории по истории западноевропейской общественной мысли и политических движений.
Специалист по истории утопий.
Отец и дед.
– Как возникает интерес к истории и что мешает людям его проявлять?
Андерсон: История – одна из тех областей знания, которая, освещая прошлое, высвечивает будущее. Интерес к ней возникает, как правило, в переломные годы: в критические моменты человек задается вопросом, как мы дошли до такой жизни, и невольно обращается к прошлому. Так было во все времена. В наше время интерес к истории необычайно велик. Это отражается и в появлении огромного количества исторических и псевдоисторических романов и фильмов вроде "Волкодава". К сожалению, именно на такой питательной среде вырастает представление об истории.
– К сожалению – потому, что у вас, профессионала, эти произведения вызывают улыбку?
Андерсон: Иногда больше, чем улыбку. Я понимаю, что желание сделать красиво в человеке неистребимо. Одно дело читать сложную научную книгу, другое – стреляшки-неваляшки. Это раздражает. В то же время есть и великолепные исторические романы, написанные профессиональными историками, которым тесно в рамках своего ремесла. Назову два примера: "Имя Розы" Умберто Эко и "Властелин колец" Толкиена.
– Интерес к истории во многом формируется на уроках в школе. Спикер Госдумы Борис Грызлов пообещал, что учебники истории будут попадать в школу только после государственной регистрации, в процессе которой Минобразования будет проверять правильность изложения исторических событий в пособиях, а неправильные пособия – безжалостно отсеивать. Как вы оцениваете эту идею?
Андерсон: Одна из напастей нашего времени – контролеры. На одного работающего семеро контролирующих. Я сторонник того, чтобы учебники проходили рецензирование, чтобы глупости отсеивать. Это очень хорошо, что стали появляться альтернативные учебники истории, преподаватель смог выбирать, по какому учебнику учить. Правда, многие учителя начали жаловаться, что не понимают, по какому пособию учить. Боялись говорить от своего лица.
Проблема сегодняшних учебников в отсутствии того, что раньше называлось "красной линией". Пусть марксистская концепция была ущербна, но это была какая-то связующая. Сейчас получается набор не связанных друг с другом анекдотов. В результате учащиеся не видят причинно-следственной связи, и доходит до кошмара. Студент-политолог второго курса Московского университета на экзамене отвечает: "Спиноза – древнегреческий философ, живший в Соединенных Штатах Америки". Это результат того, что он набрался фрагментарных знаний.
Задача истории не быть хроникером, не создавать летопись день за днем. История – это поиск связи: что произошло вследствие чего и что может произойти, если наступит то-то и то-то. История, как и литература, должна учить человека самостоятельно воспринимать мир и самостоятельно рассуждать. Тип самостоятельно мыслящего человека не всегда удобен для власти, но всегда ли нужны стране, которая хочет идти вперед, управляемые, безынициативные, несамостоятельно мыслящие люди?..
– В 90-е годы на головы неподготовленных читателей обрушился поток публикаций. Читатель оказался дезориентирован, не готов к восприятию этой информации…
Андерсон: Историческое знание субъективно. В XX веке в России появилось, по крайней мере, 3 замечательные биографии Наполеона: Мережковского, Тарле и Манфреда. Это три абсолютно разных Наполеона. Есть такое понятие – презентизм: историк пишет с позиций сегодняшнего дня, в прошлом ищет ответы на сегодняшние вопросы. Если 10 профессиональным историкам дать один сюжет, они истолкуют его по-разному. Другое дело заведомая фальсификация. С этим надо бороться. Когда в учебниках по отечественной истории Великая Отечественная война занимает 2 страницы, а действия союзников – 3, это перекос.
Досье
Андерсон Кирилл Михайлович, директор Российского государственного архива социально-политической истории.
Родился в Москве в 1949 г.
Окончил исторический факультет МГПИ имени Ленина и аспирантуру академического Института всеобщей истории.
С 1992 г. возглавляет Российский государственный архив социально-политической истории – бывший Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС и Центральный архив ВЛКСМ.
Кандидат исторических наук.
Преподает на философском факультете МГУ.
Доцент кафедры истории социально-политических учений.
Автор более 70 публикаций по истории по истории западноевропейской общественной мысли и политических движений.
Специалист по истории утопий.
Отец и дед.
