Персона грата Время диктует стихи
23 июня 2005, 10:30
Русский язык создан для стихов. Вот почему поэзия в России всегда была любимым искусством. Гость Виталия Ушканова – первый лауреат российской национальной премии "Поэт" Александр Кушнер.
– По иронии судьбы, вручение премии, учрежденной РАО ЕЭС, состоялось, когда у энергетиков возникли проблемы с электричеством в столице. Голову даю на отсеченье, это вызовет дополнительную критику в адрес РАО: дескать, лучше бы свое хозяйство поддерживали в порядке, нежели поддерживать поэзию.
КУШНЕР: Наверняка такие укоры и нелепые суждения будут. Можно сказать и еще красивее, что поэзия притягивает молнии – вот и сработало. Но если говорить серьезно, то, конечно, РАО и Анатолий Борисович Чубайс – ответственные деловые люди, взявшие на себя невероятную тяжесть, не убежавшие в кусты от тяжелой работы. Они поняли, что нужно помочь поэзии, которая в последние годы находится у нас в забвении. Всегда в России поэт был человеком очень важным для читающей публики, и вдруг эта роль совершенно исчезла.
– Насколько зависит от времени легкость появления поэтических строк?
КУШНЕР: Время диктует стихи, и ничего в этом постыдного нет. Именно время, которое философы, как правило, третируют, считают низкой категорией и страшно им не довольны. Посмотрел бы я на них вне времени! Я-то думаю, что время – форма вечности, данная нам в ощущении на Земле. И еще неизвестно, понравится ли нам вечность.
– Вы работаете для будущего или для современников?
КУШНЕР: Нельзя забывать о читателе, он должен присутствовать, как тень в углу. Тем не менее, нельзя заглядывать ему в глаза, обращаться к нему. Но если ты говоришь, что читатель тебе совсем не нужен, будешь наказан – у тебя его не будет.
– Чего в жизни вы боитесь?
КУШНЕР: Очень многого. Я боюсь за близких, за любимых. В моем возрасте одолевают возрастные страхи... В детстве еще больше, чем сейчас, я боялся смерти. Мое детство совпало с войной, и уже в пять лет, я знал, что такое смерть, что такое страх за отца, который был на фронте. Думаю, талантливость моего поколения связана именно с тем, что война разбудила душу. И в этом смысле мое поколение похоже на пушкинское, потому что война 1812 года их тоже чрезвычайно быстро сделала взрослыми.
– Вы читаете современные произведения: вам, мэтру, присылают сборники молодые поэты. И что, там сплошь пустая порода?
КУШНЕР: Нет, не сплошь, хотя очень часто. Я бы поставил такой диагноз: огромное количество молодых поэтов впали в постсимволизм. Любимые слова: луна, свеча, рыцарь, меч. Ни одной реальной вещи в их поле зрения не попадает. Как будто они одного Бальмонта читали. Но есть и очень талантливые молодые люди.
Досье
Кушнер Александр Семенович, поэт.
Родился 14 сентября 1936 г. в Ленинграде.
Окончив филологический факультет педагогического института имени Герцена, преподавал в средней школе русский язык и литературу. Был одним из составителей и редактором самиздатовского журнала "Синтаксис". В те годы начал писать и печатать стихи.
С конца 60-х занимается профессиональной литературной деятельностью.
Автор поэтических книг "Первое впечатление", "Ночной дозор", "Приметы", "Письмо", "Прямая речь", "Голос", "Таврический сад", "Дневные сны", "Живая изгородь", "Ночная музыка", "На сумрачной звезде", "Тысячелистник".
Кроме того, его статьи о русской поэзии и эссеистика вошли в его книги "Аполлон в снегу" и "Тысячелистник".
Вышли также три книги избранных стихов Кушнера: "Канва", "Стихотворения" (с предисловием Д.С.Лихачева), "Избранное" (с предисловием И.Бродского).
Стихи А.Кушнера переводились на английский, итальянский, голландский, а также на немецкий, чешский, французский, иврит, болгарский, японский и др. языки.
Член Союза писателей. Лауреат многих литературных премий.
Живет и работает в Петербурге.
(Полностью беседу с Александром Кушнером слушайте в аудиозаписи).
– По иронии судьбы, вручение премии, учрежденной РАО ЕЭС, состоялось, когда у энергетиков возникли проблемы с электричеством в столице. Голову даю на отсеченье, это вызовет дополнительную критику в адрес РАО: дескать, лучше бы свое хозяйство поддерживали в порядке, нежели поддерживать поэзию.
КУШНЕР: Наверняка такие укоры и нелепые суждения будут. Можно сказать и еще красивее, что поэзия притягивает молнии – вот и сработало. Но если говорить серьезно, то, конечно, РАО и Анатолий Борисович Чубайс – ответственные деловые люди, взявшие на себя невероятную тяжесть, не убежавшие в кусты от тяжелой работы. Они поняли, что нужно помочь поэзии, которая в последние годы находится у нас в забвении. Всегда в России поэт был человеком очень важным для читающей публики, и вдруг эта роль совершенно исчезла.
– Насколько зависит от времени легкость появления поэтических строк?
КУШНЕР: Время диктует стихи, и ничего в этом постыдного нет. Именно время, которое философы, как правило, третируют, считают низкой категорией и страшно им не довольны. Посмотрел бы я на них вне времени! Я-то думаю, что время – форма вечности, данная нам в ощущении на Земле. И еще неизвестно, понравится ли нам вечность.
– Вы работаете для будущего или для современников?
КУШНЕР: Нельзя забывать о читателе, он должен присутствовать, как тень в углу. Тем не менее, нельзя заглядывать ему в глаза, обращаться к нему. Но если ты говоришь, что читатель тебе совсем не нужен, будешь наказан – у тебя его не будет.
– Чего в жизни вы боитесь?
КУШНЕР: Очень многого. Я боюсь за близких, за любимых. В моем возрасте одолевают возрастные страхи... В детстве еще больше, чем сейчас, я боялся смерти. Мое детство совпало с войной, и уже в пять лет, я знал, что такое смерть, что такое страх за отца, который был на фронте. Думаю, талантливость моего поколения связана именно с тем, что война разбудила душу. И в этом смысле мое поколение похоже на пушкинское, потому что война 1812 года их тоже чрезвычайно быстро сделала взрослыми.
– Вы читаете современные произведения: вам, мэтру, присылают сборники молодые поэты. И что, там сплошь пустая порода?
КУШНЕР: Нет, не сплошь, хотя очень часто. Я бы поставил такой диагноз: огромное количество молодых поэтов впали в постсимволизм. Любимые слова: луна, свеча, рыцарь, меч. Ни одной реальной вещи в их поле зрения не попадает. Как будто они одного Бальмонта читали. Но есть и очень талантливые молодые люди.
Досье
Кушнер Александр Семенович, поэт.
Родился 14 сентября 1936 г. в Ленинграде.
Окончив филологический факультет педагогического института имени Герцена, преподавал в средней школе русский язык и литературу. Был одним из составителей и редактором самиздатовского журнала "Синтаксис". В те годы начал писать и печатать стихи.
С конца 60-х занимается профессиональной литературной деятельностью.
Автор поэтических книг "Первое впечатление", "Ночной дозор", "Приметы", "Письмо", "Прямая речь", "Голос", "Таврический сад", "Дневные сны", "Живая изгородь", "Ночная музыка", "На сумрачной звезде", "Тысячелистник".
Кроме того, его статьи о русской поэзии и эссеистика вошли в его книги "Аполлон в снегу" и "Тысячелистник".
Вышли также три книги избранных стихов Кушнера: "Канва", "Стихотворения" (с предисловием Д.С.Лихачева), "Избранное" (с предисловием И.Бродского).
Стихи А.Кушнера переводились на английский, итальянский, голландский, а также на немецкий, чешский, французский, иврит, болгарский, японский и др. языки.
Член Союза писателей. Лауреат многих литературных премий.
Живет и работает в Петербурге.
(Полностью беседу с Александром Кушнером слушайте в аудиозаписи).
