Поговорим с Михаилом Веллером (архив) Отречение от России
В программе автор хотел бы поделиться с аудиторией некоторыми соображениями о предмете, о котором все слышали, но которого не знает толком ни один человек, - о главном событии всего XX века для нашей страны: о великой российской гражданской войне. Потому что совершенно понятно: до 91-го года у нас была совершенно идеологизированная история, где красные были правы и всегда хороши, а белые - неправы и всегда плохи. Хотя допускались и известные перекосы; и красные могли быть не совсем хороши, и белый мог быть благородным, но в общем все было именно так, и мы, изнемогая под тяжестью Антанты, отбились от интервентов и стали строить счастливый новый мир...
ВЕЛЛЕР: Потом объявили, что этот новый мир какой-то неправильный, нужно его разломать, но что там такое было, мы не знаем. Это притом, что в мировой истории не было периода столь интересного, столь бурного, столь запутанного, когда так мгновенно все менялось, и можно было ожидать чего угодно и где угодно. Не было такого второго периода, как великая российская гражданская война.
Те, кто постарше, вспомнят: нам говорили, что белые навязали нам гражданскую войну, выступили против молодой советской власти. Все это глупости и пустые слова. Все это идет от совершенно понятного желания сделать так, чтобы мы были правы, а наши враги - не правы. Итак, когда началась гражданская война? Это только самый первый из вопросов, потому что потом раскрываются такие свитки, что куда там пещере Али-Бабы.
В 1915-м году в прекрасной стране Швейцарии, с ее прекрасными видами на горы, снежные вершины и голубые озера, где подают прекрасное пиво и где уже тогда были безумно высокие цены, Владимир Ильич Ульянов-Ленин написал статью "О превращении империалистической войны в войну гражданскую", где крестьянам и пролетариям, одетым в солдатские шинели, ставилась задача повернуть свой штык от врага внешнего, от пролетария других стран, который им не сделал ничего плохого, на врага внутреннего, своих буржуев. Вот этим-то буржуям воткнуть штык в брюхо, произвести социальную революцию и установить справедливый строй. Можно сказать, курс на гражданскую войну был взят в 1915-м году большевиками в Женеве.
Но, знаете, от намерений до исполнения дистанция огромного размера. Однако же запомним, что послом Германии в Швейцарии был граф фон Мирбах; пусть себе пока живет...
Когда в 17-м году произошла Февральская революция, - а это отдельная песня, на которой нужно остановиться, - потому что что такое гражданская война? - как правило это революция, размазанная по времени. Это смена государственного устройства, связанная иногда со сменой церковного, социального устройства, но так или иначе это передел власти, передел каких-то властных инстанций, сплошь и рядом передел собственности, и кому чего достанется больше, кому - меньше, и у кого какие права. Таким образом, когда государя императора в феврале 17-го года прямо в салоне вагона его собственного поезда стали принуждать отречься, можно считать, что началась гражданская война. Хотя началась она чуть раньше, когда 24-25 февраля 17-го года прошли забастовки в Петрограде.
Что же полагал Временный комитет Государственной думы, что полагали генералы, которые тоже были недовольны этим, понимаете ли, недоумком в полковничьих погонах, который вздумал командовать сам? Они хотели бы, чтобы Николай отрекся в пользу своего сына, был бы образован регентский совет, и регентский совет управлял бы, а малолетний сын присутствовал на троне и царствовал. И все было бы очень славно, как в Англии; была бы такая нормальная конституционная монархия.
Государь император, который отличался большой незадачливостью во всех главных жизненных вопросах, сделал неожиданный ход: он отрекся не только сам, но и за своего сына. Поскольку, сказал он, он может быть часто разлучаем с сыном, если сын будет коронован, то он на всякий случай отрекается и за сына. Пусть ребенок будет в семье; опять же, гемофилия, слабое здоровье.
Отрекся он в пользу брата Михаила. Михаил на тот момент находился в городе Петрограде и более всего был озабочен сохранением своего брака. Жена его была особой не венценосной; она была разведенной иностранкой, а он любил ее и хотел жить с ней. А вот царствовать он не хотел...
Полностью программу слушайте в аудиофайле.
