Начало холокоста как национальный праздник. В Литве торжественно отмечают 85-летие событий в городе Каунасе, где местные националисты подняли восстание против установленной в республике советской власти, и в поддержку вторгшейся в СССР гитлеровской армии. Антисоветское восстание, по факту, вылилось в зверскую резню местного еврейского населения. За несколько дней сами литовцы уничтожили 5 000 евреев. Дальше холокост в Литве пошёл только по нарастающей, до тех пор пока в Литву, осенью 1944 года, вновь не вошла советская армия. О каунасском погроме 1941-го года - Сергей Гололобов. 22 июня 1941-го года, в тот же день, когда нацистская Германия напала на СССР, в Литве началось национальное восстание против советских властей. Ультраправая и до последнего момента подпольная организация - Литовский фронт активистов - уже 23-го июня взяла Каунас под свой контроль. Ждали штурмующих границы СССР немцев. 25-го июня в город прибывает бригадефюрер СС Вальтер Шталекер, выступает перед каунасцами, обвиняя во всём евреев, и тем самым провоцирует еврейские погромы. Они не заставили себя ждать. Нападения начались в тот же день, 25 июня. Действовали, фактически, сами литовские добровольцы. Вошедшие в город немцы лишь одобрительно наблюдали. Один из самых трагических инцидентов погрома - резня в «Гараже Летукис». Так назывался сельскохозяйственный кооператив в Каунасе, во дворе которого 27 июня 41-го произошли наиболее жуткие события. Националисты тащили туда местных евреев, чтобы поиздеваться над ними, а после придать мучительной казни. Людей заставляли есть навоз, а потом убивали, в том числе, железным ломом по затылкам. До сих пор остались кадры тех событий, снятые немецким фотохроникёром. На одной из фотографий стоит юноша - блондин с железной штангой в руках. Один из наиболее активных участников экзекуции. Якобы НКВД незадолго до того расстрелял его родителей, и парень мстит. Вокруг него лежат тела каунасских евреев, которые в большинстве своём приветствовали приход в Литву советской власти. На другом фото - толпа горожан, которые с любопытством смотрят на происходящее и деловито что-то обсуждают. Еще из эпизодов этого погрома - по рассказам очевидцев, - каунасскому раввину Шломо-Залману Оссовскому - отпилили голову на глазах его жены и детей, а голову выставили на публичное место с надписью: «Это то, что мы сделаем со всеми евреями". По состоянию на 28 июня, в ходе погромов погибло 3 800 человек в Каунасе и 1200 в других литовских местечках. То есть всего пять тысяч человек. Существуют разные версии того, кто должен нести ответственность за погром: немцы, или литовцы. Тот самый бригадефюрер СС Вальтер Шталекер сделал 15 октября доклад Гиммлеру, в котором написал, что погром удалось показать инициативой местных жителей. Он также писал, что побудить людей на погром было довольно тяжело. Но получается, что он справился, а его антиеврейские подстрекательства на митинге стали горящей спичкой в куче сухого хвороста. Дальше холокост пошёл по нарастающей. Массовые убийства осуществляли как литовские националисты, так и немецкие нацисты, уже особо и не стесняясь. Геноцид евреев исполнялся на основе официальной доктрины Третьего рейха "окончательного решения еврейского вопроса". Под эту цель были организованы Einsatzgruppen der Sicherheitspolizei und des SD. Буквальный перевод - спецподразделения полиции безопасности и СД. Они же айнзатцкоманды, а точнее эскадроны смерти, набранные из местных. Их главной задачей было - карательные акции против гражданских лиц на оккупированных территориях. В результате политики геноцида в Литве было уничтожено свыше двухсот тысяч невинных жертв - примерно 95% евреев, тех, кто проживал в республике до начала войны. Нынешние власти Литвы всячески возвеличивают организаторов июньского, 41-го года, национального восстания. Но именно как борцов за независимость. Вторую и главную их сущность - убийц местного населения - замалчивают. Особенно на международной арене. Там дифирамбы карателям не поймут могущественные еврейские организации США и Европы. Поэтому для внутреннего употребления - памятники и пышные перезахоронения останков. Для внешнего - нытьё, что это не мы виноваты, а мол времена были такие.