Исполнилось 100 лет со дня рождения Анджея Вайды. Все фильмы режиссера – а их более ста – это образ беспокойной совести. В одном из последних интервью Вайда посетовал, что кино стало "комфортным, как мягкое кресло", а оно должно требовать усилий от сердца и ума, не дарить, а крушить иллюзии. О том, каким был герой фильмов Вайды, расскажет Станислав Анисимов Беспощадный реализм фильмов Анджея Вайды даже сегодня своеобразный укол для зрителя, чей глаз замылен сотнями изображений: кино, телевидения, интернета. А путь его героев, стремящихся сохранить себя, кажется Голгофой. "Я не снимаю кино для себя. Я всегда обращаюсь к залу", – говорил режиссер Анджей Вайда. Кинематограф морального беспокойства. Герои Анджея Вайды всегда в ситуации внутреннего конфликта, сталкиваются с неразрешимыми, на первый взгляд, противоречиями. Ведь так часто бывает, что реальность не соответствует идеалистическим ожиданиям людей, на первый взгляд, выполненных из мрамора. Психика героев его фильмов подвергается тщательной и вдумчивой режиссерской деконструкции: мотивы, причины, внутренние метания. Не изменить себя и не изменить себе под влиянием обстоятельств – сквозной мотив фильмов Анджея Вайды. "Для того, чтобы наши фильмы могли выйти в мир, необходимо было найти язык европейского кино, а не тот язык полунамеков, которым кино изъясняется с польским зрителем", – рассуждал Анджей Вайда. При столь внятной, кристально ясной позиции, Вайда избегает в своих фильмах прямой авторской речи. Свои сокровенные мысли он передает через жизненные истории своих героев. Именно их частная жизнь и становится основным материалом лент Вайды. Анджей Вайда: "Искусство всегда должно быть вовремя и обращаться к реальности." Киновед Джей Лейда указывал: "Постоянным источником вдохновения для Вайды, как для творца и учителя, была убежденность в реальном влиянии художника на общество". Отмечая столетие режиссера хочется верить, что подобный взгляд имеет право на существование и в наше время, когда почаще стоит вспоминать о базовых гуманистических ценностях, о которых без пафоса, но предельно серьезно говорил Анджей Вайда.