Новости культуры с Владиславом Флярковским Марина Брусникина – о спектакле "Иллюзия"

Финал спектакля "Иллюзия" – это гимн театральному притворству. Убитые и заколотые весело встают, и счастливый отец обнимает сына, который жив, здоров, и все живы и здоровы, и спасибо за это театру. Эта сцена прямо иллюстрирует реплику из пьесы Жана Кокто "Священные чудовища", которая звучит так: "Величие театра в том, что его мертвецы встают в финале." В этом, должно быть, и состоит главная театральная иллюзия. Что иллюзия смерти, что иллюзия жизни, они одинаково усыпляют бдительность. Хочется побыть в иллюзии счастья. Побыли. Что дальше? Не надежнее ли побороться за счастье, заработать его? Но не для этого пишутся комедии, а именно для того, чтобы отвлечь. А вспомним Пушкина! Онегин едет в театр: "Волшебный край! Там в стары годы, сатиры смелый властелин, блистал Фонвизин, друг свободы." И дальше: "Там наш Катенин воскресил Корнеля гений величавый." Декабрист Павел Катенин переводил французских классиков, и в частности "Сида" Пьера Корнеля. Переводу пьесы "Иллюзия" всего 56 лет, его автор – советский поэт Михаил Кудинов. Марина Брусникина по ходу нашей с ней беседы, заметила, что это блестящий перевод.