Точка зрения Бюджетное послание не несло и не должно нести инноваций

В гостях у Елены Щедруновой директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов в эфире радио "Вести ФМ".

Щедрунова: Говорить мы будем о бюджетном послании президента, точнее, о тех моментах, которые прозвучали в этом бюджетном послании и которые, я думаю, будут небезынтересны всем. Хотя начнем мы с вещей основополагающих. Цитата из того, что сказал президент: "Не позднее 2012 года надо утвердить долгосрочный экономический прогноз, увязать стратегические цели социально-экономического развития страны с финансовым и нормативно-правовым обеспечением, при этом увязана с общей стратегией бюджетная стратегия должна содержать процедуры и оценки рисков устойчивости бюджетной системы". Это новация? Оценка рисков и устойчивости бюджетной системы. У меня такое ощущение, что, по-моему, либо я пропустила раньше, либо это новация, Константин?

Симонов: Да, вы знаете, я думаю, что бюджетного послания, честно говоря, вряд ли стоило ожидать каких-то новаций, потому что нельзя же каждый раз по-новому подходить к основам бюджетной политики. Ну, я бы не сказал. На мой взгляд, это не выглядит такой уж...

Щедрунова: Раньше говорили о том, что нужно оценивать риски устойчивости бюджетной системы?

Симонов: Конечно. Постоянно об этом говорится в контексте... Самое простое из этой оперы - это постоянная идея: а что же с нами будет, если упадут цены на нефть? Что это, как не оценка рисков?

Щедрунова: Это рассуждения.

Симонов: Правильно.

Щедрунова: А вот, когда вы составляете финансовый документ, а речь идет именно о составлении финансового документа такого, как бюджет, вы должны уже, я так понимаю, уже в этом документе оценки рисков прописать?

Симонов: Никто еще в мире не научился предсказывать с точностью до дня колебания на мировых рынках нефти. Мы можем говорить о долгосрочных, среднесрочных трендах, но сколько будет стоить нефть конкретно через месяц - мы не знаем. Поэтому такой системы быть не может. Мы же прекрасно понимаем, что главным риском бюджетной устойчивости России в ситуации, когда 50% бюджетных доходов - это прямые сборы, прямы, подчеркиваю, только сборы с нефтегазового комплекса, то понятно, что главным риском бюджета является цена на нефть и возможность ее снижения на мировом рынке. Вот и все. Поэтому, я думаю, что, честно говоря, такую систему сегодня построить, мягко говоря, невозможно.

Щедрунова: То есть, получается, что есть очень простой ответ на вопрос. Мы составляем бюджет, кстати, в бюджете в макроэкономических показателях, как правило, указывается цена на нефть, цена среднегодовая будет такая-то. И мы по этой цене считаем бюджет. То есть и в качестве риска мы пишем: а если она будет на столько процентов, у нас будут такие-то проблемы, будет в два раза ниже - будут такие-то проблемы, а если вообще там опуститься до 20 долларов - ну все, жизнь закончилась, экономика умрет. Так получается?

Симонов: Действительно, в бюджете есть параметр цены на нефть, так называемая цена отсечения, то есть Минфин верстает бюджет обычно, исходя из своего представления о том, какова же будет стоимость нефти среднесрочная на год. Естественно, задача Минфина - сократить расходную часть, потому что всегда лучше иметь поменьше обязательств, и поэтому всегда мы знаем, что министр финансов Кудрин пытается эту планочку чуть-чуть принизить. А так вы абсолютно правильно сказали, действительно, если нефть дороже, у нас образуется дополнительный жирок, если нефть дешевле - у нас возникают проблемы. Но в последние годы, как мы знаем, нефть, скорее, нас радует, чем огорчает. Хотя падение стоимости нефти, которое наблюдалось с осени 2008 года и в течение 2009, частично 2010 годов, оно привело к тому, что все-таки в последние два года бюджет у нас все-таки дефицитный.

Полностью слушайте в аудиоверсии