Ремёсла Русский изразец: сочетание технологии с искусством

"Изразец – это явление русской культуры", – с полным основанием может утверждать главный научный сотрудник факультета истории искусств РГГУ Светлана Баранова, автор книг о русских изразцах, в прошлом – хранитель музейной коллекции в усадьбах Коломенском и Измайлове. Самобытная русская керамическая плитка стала известна ещё с конца XV века. Но до сих поря является желанным атрибутом не столько традиционного быта, сколько искусства, подчёркивающего вкус и статус владельца!

БАРАНОВА: То, что в других странах называют, скажем, в Германии, "кафель", в других странах – "кафля", то в России принято называть керамическую плитку, имеющую с тыльной стороны коробку для крепления (эта коробка называется "румпа") изразцом. Слово это – русское. И, в общем, аналогов в других языках этому слову нет до сих пор. Собственно говоря, мы потихонечку, десятилетие зав десятилетием, спорим об этимологии этого слова, его происхождении. И вот сейчас как-то, так сказать, договорились о том, что это слово происходит от слова, все-таки, "образ", "образец". Самым удивительным образом на протяжении этих столетий сочетает технологию с искусством, элитарность с доступностью, очевидную, в общем, массовость, потому что это – массовый материал в истории русской, с уникальностью отдельных проектов. И, в общем, тот момент копирования, который и сейчас очень жив, с творческой самостоятельностью. Мы можем называть производство изразцов абсолютно творческим процессом. А почему я считаю, что это – явление? Потому что мы его можем использовать для изучения технологий художественной культуры, символики, отношений людей, заказчиков и исполнителей, то есть вот этих социальных отношений, которые, конечно, существовали на протяжении столетий, но достоинством является сама вот эта временная протяжённость, изразец в России – это и шестнадцатый век, и наше время, то есть 21 век.

Как доступный материал керамического производства, изразец использовали для облицовки печей – центра любого русского дома, но и – что является особенностью именно русского стиля – для архитектурного украшения фасадов храмов, купеческих домов, административных зданий. Изразцы делали строение парадным, нарядным, использовались, как возможность перещеголять соседа. Памятники изразцового зодчества встречаются не только на европейской части России, но даже в Сибири с переселением купечества. Яркими примером изразцового узорочья является Новоиерусалимский монастырь, рассказывает Светлана Баранова:

БАРАНОВА. Новоиерусалимский монастырь, музей Патриарха Никона, в котором изразцу отведена большая роль, поскольку Воскресенский собор – это история, с которой начинается золотой век русского изразца, где в середине 17 века по приказу Патриарха Никона был создан выдающийся изразцовый декор. Патриарх Никон попытался с помощью изразцов заменить известнейшие декоры Храма Гроба Господня в Иерусалиме, которые были сделаны из цветных мраморов. И это был, собственно говоря, изумительно точный ход, потому что вскоре уже все более или менее значимые постройки в большинстве городов России стали нести эти изразцовые декоры. Можно сказать, что это был наш ответ Европе. Вот такой ответ страны, у которой мраморов цветных не было, собственно говоря, их и купить было сложно, их нужно было привозить, и за них нужно было платить огромные деньги, поэтому был сделан выбор в пользу цветных декоров.

Центрами изразцового производства были Москва, Калуга, Ярославль, Великий Устюг, Углич. Саму рельефную керамическую плитку выпекали, как пряник, формируя в деревянной резной форме, а затем обжигая в печи. По цвету глазури различали «муравленные» зеленые, однотонные, или ценинные – цветные, – продолжает Светлана Баранова:

БАРАНОВА: Изготовление изразца зависело, собственно, от видов этого изразца. Вот, скажем так, если этот изразец был печной, как мы называем, терракотовый, то есть не был покрыт никакой глазурью, как правило, это была красная глина – большинство глин в Московии, в России красные; затем мастер берет форму резную, как правило, деревянную, были ещё некоторые детали, сделанные из керамики, но в основном это резная деревянная форма, на которой вырезано изображение. И в этой как раз форме он и отминает эту глину. Конечно, сейчас это все делается уже несколько по-иному, но принцип тот же самый. Из глины делается изразец. Затем этот изразец проходит первый обжиг. И вот после первого обжига, естественно, мы получаем тот самый терракотовый изразец. Их называли красными изразцами по цвету обожжённой глины. Напомню ещё, что вот в этом как раз процессе с тыльной стороны к нему мы как раз и прикладываем пустую коробку – это румпа, с помощью которой затем изразец крепится к кладке, будь то кирпичная кладка печи или будь то кирпичная кладка здания. Затем этот изразец уже в другую эпоху обрабатывается глазурью. Этой глазурью просто поливают, как говорят, поэтому есть выражение "поливной изразец", и мы получаем в этом случае зелёный муравленый изразец. Я очень часто называю это время "зелёное море". В первую очередь, эта глазурь была прозрачной, она была зелёного цвета. В общем, на самом деле, удобный способ декорирования. Такие изразцы изготовляли на протяжении всего 17 века довольно долго. И сейчас любят делать зелёные глазурованные печи, они, естественно, дешевле. А потом – вот этот цветовой взрыв, те самые ценинные изразцы, то есть многоцветные, где уже мы встречаем не только глазури прозрачные, но эмали. Эмали, которые, собственно говоря, не пропускают цвета черепка. И вот эти эмали, глухие, конечно, позволяют нам создавать совершенно волшебную, яркую, с яркими цветами палитру изразцов 17 века.

Сами рельефные изображения несли определенную смысловую нагрузку в выборе цвета или сюжета. Часто на изразце изображали восьмиконечную звезду – алатырь, которая считалась сильнейшим оберегом и символом высшей мудрости. Павлин или известное изображение «павлинье око» сулило счастье и успех в семье. Орел демонстрировал силу и непреклонность, а соловей, наоборот, талант и нежность.

В петровскую эпоху, когда рельефные изображения уступили место ровным голландским кафелям, русская печь не перестала быть «говорящей». Изображения часто представляли последовательную историю, вроде комиксов, где героям даже прописывали слова, – рассказывает Светлана Баранова.

БАРАНОВА: Те самые живописные изразцы, которые были принесены вот в результате этой изразцовой революции Петра Великого, поскольку уже изразцовое убранство было вытеснено фасадов, и все силы русские мастера бросили на изготовление печей, сделанных на манер европейских, на манер, ну, например, голландских; по белой эмали, как по белому листу, художник-керамист, говоря, современным языком, а тогда их называли в том числе и живописцами, делал рисунок кисточкой, нанося иногда трафаретные изображения, иногда – в технике свободной росписи все то, что, собственно говоря, становилось модным, становилось распространённым. В традиции культурной России 18 века: например, книги, гравюры, которые, собственно, служили источниками тех росписей, которые составляли вот эти росписи на отдельных изразцах большой печи. И печь в этом случае превращалась в такую книгу, поскольку эти росписи очень часто еще иллюстрировались небольшими подписями.

Готовый печной набор по деньгам, конечно, не каждый мог себе позволить, но с появлением массового производства он становился доступнее. Возможно, поэтому сейчас, когда камин и печь по-прежнему являются символом домашнего уюта и тепла, русский изразец, как яркий феникс, снова возрождается.

Полностью слушайте в аудиоверсии.