О реальном состоянии российской экономики. О том, почему старые антикризисные механизмы не работают. И о том, какой может быть новая модель управления. Гость Сергея Михеева — директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв. МИХЕЕВ: Здравствуйте, дорогие друзья. Это программа "Традиции", у микрофона Сергей Михеев. Сегодня будем говорить про экономику. И у нас в гостях Александр Александрович Широв – директор Института народнохозяйственного прогнозирования Российской академии наук. Александр Александрович, я вас приветствую. ШИРОВ: Здравствуйте. МИХЕЕВ: Тема, в общем, такая, так сказать, как бы банально привычная, но тем не менее. Есть масса вопросов, на мой взгляд, на которых нет ответов. Вот вопросы есть, они копятся, а ответов нет, да? Вселенная молчит. Но лично вот у меня как бы вот уже много лет, так сказать, такое недопонимание. Явно изменилась ситуация и внутри страны, и вокруг нее. Вызовы стали гораздо более жесткими, чем они там, скажем, были какое-то время тому назад. Мы видим, как по целому ряду направлений враги (ну будем их называть прямо) создали нам массу проблем, которые мы ну так решаем, честно говоря, так сказать, мне кажется, туда-сюда с трудом. Ну и одна из главных проблем, она очень простая, как бы: не хватает собственного производства, готовой продукции или хотя бы полуфабрикатов по целому ряду направлений. Какие-то отрасли успешно ухайдокали в 90-е, каких-то просто не было вообще, да, их надо создавать с нуля, возрождать и прочее-прочее. Но многие вещи в этом направлении не появляются. Или появляются настолько медленно, что думаешь: ну, лет через 100, наверное, что-нибудь будет. Но тогда вопрос: а вот при этих вызовах через 100 лет вообще от нас-то чего-нибудь останется или нет? Надежда на импорт? Ну, мы вот как бы, так сказать, уже опирались на эти иллюзии там 90-х – нулевых, так сказать: наши деньги никто не украдет, мы всё купим как бы, да, нефть продадим – здесь купим как бы. Но вот получите и распишитесь, мы видим, как это всё происходит. А мы теперь в Китае всё купим. Хорошо, в Китае вы всё купите. А вы уверены, что с Китаем тоже всё вечно будет вот так, и вообще — что за модель такая, так сказать, постоянная вечная зависимость? Опять же, не претендуя на то, что я, так сказать, хорошо знаю экономику (хотя, мне кажется, вокруг любой науки огромное количество мифов, в том числе вокруг экономики), тем не менее есть вопрос. Вот очевидно целый ряд либеральных рыночных механизмов просто пробуксовывает. Ну не могут они вот создать (не могут, не хотят — непонятно) ту или иную отрасль, построить то, сё. Государство вроде бы как участвует в акционерных обществах, в больших, так сказать, госкорпорациях, но при этом тоже так, ну как бы напрямую в экономику вроде бы как не лезет. И тогда вопрос: вот не настало ли время вообще как-то переосмыслить концепцию российской экономики, ну, скажем, там лет на 50 вперед, учитывая явные проблемы и сложности и вызовы, которые происходят? ШИРОВ: На самом деле мы уже четыре года, даже больше, живем в условиях, когда для нас вот эти связи с внешним миром, они в значительной степени ограничены. И ясно, что под это перестраивается вся экономическая структура: и отраслевая, и управление экономикой, и бизнес на самом деле очень сильно от этого пострадал. Мы сейчас имеем вот такую экономику, которая пытается создать модель, которая, с одной стороны, не является автаркией (ну то есть закрытой экономикой от внешнего мира), потому что мы должны общаться с внешним миром, мы должны получать технологии, мы должны иметь возможность продавать туда свою продукцию, и без этого модернизация нашей экономики на самом деле невозможна. А с другой стороны, мы должны использовать все те возможности, которые дает нам внутренний рынок. И вопрос — как это сделать? Главный вопрос на самом деле состоит в том, что сейчас мы имеем фрагментированную экономику. У нас есть две неравных части этой экономики. Это то, что работает на национальную безопасность, то есть обслуживает приоритет самого высокого уровня и в экономике, и в политике. Ну и гражданская экономика, которая живет своей жизнью. И понятно, что вот в этих условиях первая часть получает максимальный объем ресурсов, и государство, в том числе и бюджетная система, нацелено на то, чтобы обеспечить задачи, которые решаются в области национальной безопасности. Но это приводит к определенным издержкам. И вот вопрос того, как управлять экономикой, как выстраивать экономическую политику в этих вот условиях, он, наверное, сейчас является ключевым. И точного ответа на это, наверное, никто пока сейчас не даст. Потому что все последние десятилетия существования современной России мы учились бороться с кризисами. И научились. Слушайте в аудиофайле!