Персона грата Полпред радиослушателей
30 октября 2005, 16:30
В этом году радиостанция "Эхо Москвы" отметила 15-летний юбилей. Гость программы – ее главный редактор Алексей Венедиктов.
– Как жилось вам все эти годы?
ВЕНЕДИКТОВ: Весело.
– В чем было главное веселье?
ВЕНЕДИКТОВ: В том, что мир вокруг очень быстро изменялся. Это была революционная пора. Вокруг тебя менялись люди, и ты сам менялся, естественно. Я помню в 1990 году худенького Чубайса, который пришел к нам в студию. Кто это? Какое госимущество? Что это? Какие-то джинсы с бахромой, рваные, можно сказать, пусть не обидится Анатолий Борисович. Я помню абсолютно каменного Геннадия Андреевича Зюганова, который просто цедил слова. Я помню Шойгу еще без единой сединки – смоляной, веселый, молодой пацан. Я помню худенького Владимира Владимировича в 1997 году – начальника контрольного управления администрации президента Ельцина – у нас в студии.
– А как вы менялись при этом?
ВЕНЕДИКТОВ: Если говорить обо мне лично, то я многое переосмыслил, извините за эту грубую фразу, в собственной жизни, не говоря уже о том, что на "Эхе" я женился, почти там же родил сына. Изменились и мои взгляды. Потому что все те люди, кто приходит в эфир, тебя и вербуют. Они же грузят, грузят, а в результате, на выходе, не они другие, а ты другой. Начинаешь понимать, что за казенными словами стоит глубокий смысл. Это вопрос внимания к собеседнику. Они этому учат.
– Садясь к микрофону с незнакомым гостем, вы ставите перед собой задачу открыть его?
ВЕНЕДИКТОВ: Нет. Понять. Это слово будет точным. Я полпред наших слушателей. Пришел гость – слушатель не может задать вопрос, а я могу. И моя задача – понять. Не вскрыть, не мордой об стол, что, кстати, на "Эхе" запрещено. Главное, чтобы гостя понял слушатель. Мало ли, как я к гостю отношусь, но слушатели хотят понять, почему человек так делает и говорит.
– Много еще чего вы запрещаете своим сотрудникам?
ВЕНЕДИКТОВ: Есть запреты, которые появились после теракта на Дубровке. В частности, во время захвата заложников нельзя делать интервью с террористами. Потому что жизнь заложников – это, извините, предмет для торговли спецслужб с террористами. И мы ни в коем случае не должны играть на руку террористам.
– Были случаи, когда вы расставались со своими сотрудниками за какие-то прегрешения?
ВЕНЕДИКТОВ: Да. Главная проблема – врастание в ту среду, которую освещаешь. Ходит человек на спектакли, является театральным обозревателем. И вдруг понимаешь, что он хвалит и ругает одних и тех же. В лучшем случае, он там завяз, стал своим. Он стал частью театра, а не частью информации. Он не несет информации, а несет мнение. И когда говоришь ему об этом, человек обижается и хлопает дверью. То же самое происходит в политике. Это болезнь, ее надо лечить.
– В будущем году "Газпром-Медиа", куда входит "Эхо Москвы", планирует запустить еще одну информационно-разговорную радиостанцию. Ее главный редактор Алексанр Герасимов утверждает, что они придумали формат разговорного радио, который охватит молодую аудиторию, считая, что на этих слушателей не работает ни одна из нынешних разговорных станций. Действительно ли "Эхо Москвы" не работает на молодых, как вы считаете?
ВЕНЕДИКТОВ: Во всем мире аудитория разговорных станций – это 40+, то есть старше 40 лет. И наша аудитория не исключение. Коллеги, конечно, могут придумывать треугольные колеса, и телега, может быть, поедет, иногда спотыкаясь. Но если говорить об информационном, политическом, дискуссионном радио, то этого нет нигде. Это связано с психологией молодых людей и с тем темпом, образом жизни, который они ведут. Они не слушают радио. Мы проводили маркетинговые исследования и понимаем, что это интересно только очень узкой аудитории продвинутой молодежи – порядка 8 процентов. Такая станция не может быть коммерческой. Конечно, она может быть спонсирована, но это не коммерческий проект.
– К вам очень по-разному относятся. Одни говорят, что вы последний островок журналистской свободы, другие, те, кто категорически вас не приемлет, говорят, что вы враги государства, вы только и делаете, что порочите власть.
ВЕНЕДИКТОВ: И те и другие наши рекламные агенты. Вы знаете, в рекламе есть правило: как бы ни говорили, лишь бы говорили. Честное слово, мы им не платим, они сами такие. Здесь все просто. Я считаю, что в нашей стране не хватает дискуссии. И именно к дискуссии должны быть привлечены самые маргинальные точки зрения, потому что вчера ты маргинал, а завтра набираешь 15 процентов (я имею в виду полковника Квачкова).
Есть у меня мечта, идея, которую пока не удается воплотить. Я хочу, чтобы на "Эхе Москвы" собирался круглый стол молодежи: "лимоновцы", АКМовцы, "Наши", "Идущие вместе", движение "Да!". Вся эта молодежь говорит со своими великовозрастными лидерами, либо со своими спонсорами, либо с государственными структурами. Они между собой не разговаривают. А ведь это новое поколение! Хорошо бы собрать этот круглый стол на постоянной основе. Пусть он не будет рейтинговым, но пусть эти люди сидят друг напротив друга и говорят. Не о молодежном движении, а о судьбах страны. Люди, которые через 10 лет станут движущей силой страны, не хотят друг с другом разговаривать – это главная проблема.
Досье
Венедиктов Алексей Алексеевич, главный редактор радиостанции "Эхо Москвы".
Родился 18 декабря 1955 г. в Москве.
Учился на вечернем отделении исторического факультета Московского государственного педагогического института.
После получения диплома два десятилетия преподавал историю в школе.
В 1990 г. пришел на только что созданную радиостанцию "Эхо Москвы". Работал обозревателем, возглавлял службу информации, был директором информационного канала, входил в журналистский пул первого президента России.
В 1998 г. был избран главным редактором радиостанции.
С 2002 г. возглавляет также радиостанцию "Арсенал".
Один из авторов Московской хартии журналистов.
Постоянный член российской делегации на сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы в Страсбурге.
Свободно владеет французским языком.
Награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени и медалью Совета Безопасности РФ.
В 1997 г. был отмечен наградой за высокий профессионализм и личное мужество при работе в горячих точках.
Лауреат премии "Золотое перо России".
Женат. В семье растет сын.
(Полностью беседу с Алексеем Венедиктовым слушайте в аудиозаписи).
– Как жилось вам все эти годы?
ВЕНЕДИКТОВ: Весело.
– В чем было главное веселье?
ВЕНЕДИКТОВ: В том, что мир вокруг очень быстро изменялся. Это была революционная пора. Вокруг тебя менялись люди, и ты сам менялся, естественно. Я помню в 1990 году худенького Чубайса, который пришел к нам в студию. Кто это? Какое госимущество? Что это? Какие-то джинсы с бахромой, рваные, можно сказать, пусть не обидится Анатолий Борисович. Я помню абсолютно каменного Геннадия Андреевича Зюганова, который просто цедил слова. Я помню Шойгу еще без единой сединки – смоляной, веселый, молодой пацан. Я помню худенького Владимира Владимировича в 1997 году – начальника контрольного управления администрации президента Ельцина – у нас в студии.
– А как вы менялись при этом?
ВЕНЕДИКТОВ: Если говорить обо мне лично, то я многое переосмыслил, извините за эту грубую фразу, в собственной жизни, не говоря уже о том, что на "Эхе" я женился, почти там же родил сына. Изменились и мои взгляды. Потому что все те люди, кто приходит в эфир, тебя и вербуют. Они же грузят, грузят, а в результате, на выходе, не они другие, а ты другой. Начинаешь понимать, что за казенными словами стоит глубокий смысл. Это вопрос внимания к собеседнику. Они этому учат.
– Садясь к микрофону с незнакомым гостем, вы ставите перед собой задачу открыть его?
ВЕНЕДИКТОВ: Нет. Понять. Это слово будет точным. Я полпред наших слушателей. Пришел гость – слушатель не может задать вопрос, а я могу. И моя задача – понять. Не вскрыть, не мордой об стол, что, кстати, на "Эхе" запрещено. Главное, чтобы гостя понял слушатель. Мало ли, как я к гостю отношусь, но слушатели хотят понять, почему человек так делает и говорит.
– Много еще чего вы запрещаете своим сотрудникам?
ВЕНЕДИКТОВ: Есть запреты, которые появились после теракта на Дубровке. В частности, во время захвата заложников нельзя делать интервью с террористами. Потому что жизнь заложников – это, извините, предмет для торговли спецслужб с террористами. И мы ни в коем случае не должны играть на руку террористам.
– Были случаи, когда вы расставались со своими сотрудниками за какие-то прегрешения?
ВЕНЕДИКТОВ: Да. Главная проблема – врастание в ту среду, которую освещаешь. Ходит человек на спектакли, является театральным обозревателем. И вдруг понимаешь, что он хвалит и ругает одних и тех же. В лучшем случае, он там завяз, стал своим. Он стал частью театра, а не частью информации. Он не несет информации, а несет мнение. И когда говоришь ему об этом, человек обижается и хлопает дверью. То же самое происходит в политике. Это болезнь, ее надо лечить.
– В будущем году "Газпром-Медиа", куда входит "Эхо Москвы", планирует запустить еще одну информационно-разговорную радиостанцию. Ее главный редактор Алексанр Герасимов утверждает, что они придумали формат разговорного радио, который охватит молодую аудиторию, считая, что на этих слушателей не работает ни одна из нынешних разговорных станций. Действительно ли "Эхо Москвы" не работает на молодых, как вы считаете?
ВЕНЕДИКТОВ: Во всем мире аудитория разговорных станций – это 40+, то есть старше 40 лет. И наша аудитория не исключение. Коллеги, конечно, могут придумывать треугольные колеса, и телега, может быть, поедет, иногда спотыкаясь. Но если говорить об информационном, политическом, дискуссионном радио, то этого нет нигде. Это связано с психологией молодых людей и с тем темпом, образом жизни, который они ведут. Они не слушают радио. Мы проводили маркетинговые исследования и понимаем, что это интересно только очень узкой аудитории продвинутой молодежи – порядка 8 процентов. Такая станция не может быть коммерческой. Конечно, она может быть спонсирована, но это не коммерческий проект.
– К вам очень по-разному относятся. Одни говорят, что вы последний островок журналистской свободы, другие, те, кто категорически вас не приемлет, говорят, что вы враги государства, вы только и делаете, что порочите власть.
ВЕНЕДИКТОВ: И те и другие наши рекламные агенты. Вы знаете, в рекламе есть правило: как бы ни говорили, лишь бы говорили. Честное слово, мы им не платим, они сами такие. Здесь все просто. Я считаю, что в нашей стране не хватает дискуссии. И именно к дискуссии должны быть привлечены самые маргинальные точки зрения, потому что вчера ты маргинал, а завтра набираешь 15 процентов (я имею в виду полковника Квачкова).
Есть у меня мечта, идея, которую пока не удается воплотить. Я хочу, чтобы на "Эхе Москвы" собирался круглый стол молодежи: "лимоновцы", АКМовцы, "Наши", "Идущие вместе", движение "Да!". Вся эта молодежь говорит со своими великовозрастными лидерами, либо со своими спонсорами, либо с государственными структурами. Они между собой не разговаривают. А ведь это новое поколение! Хорошо бы собрать этот круглый стол на постоянной основе. Пусть он не будет рейтинговым, но пусть эти люди сидят друг напротив друга и говорят. Не о молодежном движении, а о судьбах страны. Люди, которые через 10 лет станут движущей силой страны, не хотят друг с другом разговаривать – это главная проблема.
Досье
Венедиктов Алексей Алексеевич, главный редактор радиостанции "Эхо Москвы".
Родился 18 декабря 1955 г. в Москве.
Учился на вечернем отделении исторического факультета Московского государственного педагогического института.
После получения диплома два десятилетия преподавал историю в школе.
В 1990 г. пришел на только что созданную радиостанцию "Эхо Москвы". Работал обозревателем, возглавлял службу информации, был директором информационного канала, входил в журналистский пул первого президента России.
В 1998 г. был избран главным редактором радиостанции.
С 2002 г. возглавляет также радиостанцию "Арсенал".
Один из авторов Московской хартии журналистов.
Постоянный член российской делегации на сессии Парламентской ассамблеи Совета Европы в Страсбурге.
Свободно владеет французским языком.
Награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени и медалью Совета Безопасности РФ.
В 1997 г. был отмечен наградой за высокий профессионализм и личное мужество при работе в горячих точках.
Лауреат премии "Золотое перо России".
Женат. В семье растет сын.
(Полностью беседу с Алексеем Венедиктовым слушайте в аудиозаписи).
