Швеция, которую много лет приводили в пример как образец гуманизма и толерантности, сама начала пересматривать правила, по которым жила десятилетиями. Причина - миграция, проблемы с интеграцией и бандитская преступность. Теперь из страны могут высылать даже тех, кто родился здесь. А политический поворот вправо оказался настолько серьёзным, что даже возможная победа левоцентристов на выборах уже не означает возвращения к прежней миграционной политике. Что произошло со шведской моделью и почему страна, которая так долго учила Европу правильному отношению к мигрантам, теперь сама ужесточает правила - разбирался Александр Ельшевский. Швеция действительно меняется. И нынешние парламентские выборы это только подчёркивают. По предварительным результатам левоцентристская оппозиция во главе с Магдаленой Андерссон получает минимальное преимущество - 175 мест против 174 у блока премьер-министра Ульфа Кристерссона. Но независимо от того, кто в итоге сформирует правительство, прежнюю Швецию вернуть одним голосованием уже невозможно. За последние четыре года страна резко ужесточила миграционную политику. В 2022 году консервативные партии заключили соглашение с «Шведскими демократами» - партией с крайне правыми корнями. Формально ультраправые не вошли тогда в правительство, зато получили огромное влияние на его программу, прежде всего в вопросах миграции и интеграции. И у этого поворота были вполне реальные причины. Швеция столкнулась с серьёзными проблемами интеграции и организованной преступностью. Полиция сейчас говорит примерно о 17 с половиной тысячах активных участников криминальных сетей и ещё о десятках тысяч людей, связанных с ними. При этом ситуация с насилием постепенно улучшается: количество стрельб в последние годы значительно сократилось. Но сама проблема банд никуда не исчезла. И шведские власти всё чаще говорят о провале прежней миграционной политики, которая привела к появлению районов с высокой социальной изоляцией и слабой интеграцией. Показательны истории людей, попавших под новые правила. Например, маленький Эмануэль родился в Швеции, его родители находились в стране легально. Но ещё до первого дня рождения ребёнка семья получила решение о депортации. Предполагалось, что мальчик должен уехать в Иран. Другой случай - четырёхлетний Раиф, ребёнок с аутизмом, который не разговаривает и всё ещё носит подгузники. Ему также грозила депортация. После общественного резонанса решение отменили. Страна, которая десятилетиями говорила о правах человека и гуманизме как о фундаментальных европейских ценностях, теперь сама объясняет необходимость всё более жёстких ограничений. В какой-то момент выясняется, что красивые слова о гуманизме должны уживаться с миграционными квотами, депортациями и ужесточением законодательства. Причём этот поворот поддерживает уже далеко не только правый лагерь. Социал-демократы, которые могут вернуться к власти, также обещают сохранять жёсткую миграционную линию. Количество заявлений на убежище в Швеции за последние годы резко сократилось: с почти 12,5 тысячи в 2023 году до примерно 6,7 тысячи в 2025-м. На этот год власти прогнозируют около 4,2 тысячи заявлений. То есть политический спор в Швеции постепенно сместился. Вопрос уже не столько в том, нужна ли стране более строгая миграционная политика. Главный спор - насколько далеко она должна зайти. И это, пожалуй, главный итог происходящего. Правительство можно сменить, но даже если к власти вернутся социал-демократы, они вряд ли смогут просто открыть старую дверь и вернуть страну к той миграционной политике, которая существовала ещё несколько лет назад. Швеция меняется вместе с Европой. И история этой страны показывает довольно неприятную вещь: государство начинает пересматривать свои ценности именно тогда, когда обнаруживает, что прежняя политика перестала работать.