Портреты известных невидимок В двух словах о смысле жизни
17 ноября 2005, 19:24
Рассказы о тех, кому доверен микрофон "Радио России". Леонид Азарх беседует с ведущим программы "Открытая студия" Андреем Сергеевичем Светенко.
СВЕТЕНКО: Невидимка – это меня не очень устраивает. И не только потому, что у меня есть опыт телевизионной работы, – я вообще к этой работе отношусь синтетически. Мне кажется, что радио, телевидение, любая такого рода работа в средствах массовой информации – синтетическая. Человек-радист, человек-телевизионщик – это очень условное деление. Примеры коллег доказывают, что это удачно сочетается.
Здесь, на радио, действительно, есть свое пространство. Если говорить о войне, какая картинка в голове возникает? Кольцо репродуктора и оттуда – информация.
– Это было так давно… А сейчас радиостанций несчетное количество.
СВЕТЕНКО: Вот здесь я готов радио поругать: все эти многочисленные радиостанции тиражируют невысокий уровень речи. При всей броскости названий, они получаются на одно лицо. Очень мало информации – того, на чем радио выигрывает: оно оперативнее телевидения. Радио – это то, что можно передавать вживую и быть максимально оперативным средством информации. Я уже не говорю о том, что наше радио демонстрирует литературно-художественные программы – то, что было достоянием культурной среды в прошлые времена.
– Вам нравится работать на радио?
СВЕТЕНКО: Этот вопрос я готов был услышать, и здесь мне ничего не приходит в голову, кроме образа артиста Басова из фильма "Я шагаю по Москве": "Нравятся девочки, а это работа". Это долг, ответственность, возможность не просто поговорить. Я пришел на радио из академической среды уже взрослым человеком. Меня умиляло, что эти девочки, которых я привык видеть в качестве студенток и учениц, они все на "ты". Это все было поначалу тяжело.
– Поясните, пожалуйста, откуда вы пришли.
СВЕТЕНКО: Я работал в архиве древних актов – это известное научное учреждение в стране, преподавал в Российском государственном гуманитарном университете (Историко-архивном институте). Мне это все пригодилось – знания, опыт преподавательской работы, кругозор. Но позиционироваться (нелюбимое модное словечко) приходится всегда. Я и о футболе готов говорить, и спортивным комментатором быть – это профессия. Она имеет очевидные минусы в оценке специалистов: ну что такое журналист? Сегодня он о лесном хозяйстве, завтра – еще о чем-то: в двух словах о смысле жизни готов всегда поговорить, а глубоко не проникает. Но это тоже не так, потому что работа, которой приходится заниматься в общественно-политической редакции – это то, что действительно волнует людей. Открытость "Открытой студии" и заключается в том, что мы говорим о разных явлениях, и связь обнаруживаются совершенно неожиданная. Конечно, человеку, который на этом месте работает, самому должно быть это интересно, он сам должен в этом что-то понимать.
(Полностью "Портреты известных невидимок" слушайте в аудиозаписи).
СВЕТЕНКО: Невидимка – это меня не очень устраивает. И не только потому, что у меня есть опыт телевизионной работы, – я вообще к этой работе отношусь синтетически. Мне кажется, что радио, телевидение, любая такого рода работа в средствах массовой информации – синтетическая. Человек-радист, человек-телевизионщик – это очень условное деление. Примеры коллег доказывают, что это удачно сочетается.
Здесь, на радио, действительно, есть свое пространство. Если говорить о войне, какая картинка в голове возникает? Кольцо репродуктора и оттуда – информация.
– Это было так давно… А сейчас радиостанций несчетное количество.
СВЕТЕНКО: Вот здесь я готов радио поругать: все эти многочисленные радиостанции тиражируют невысокий уровень речи. При всей броскости названий, они получаются на одно лицо. Очень мало информации – того, на чем радио выигрывает: оно оперативнее телевидения. Радио – это то, что можно передавать вживую и быть максимально оперативным средством информации. Я уже не говорю о том, что наше радио демонстрирует литературно-художественные программы – то, что было достоянием культурной среды в прошлые времена.
– Вам нравится работать на радио?
СВЕТЕНКО: Этот вопрос я готов был услышать, и здесь мне ничего не приходит в голову, кроме образа артиста Басова из фильма "Я шагаю по Москве": "Нравятся девочки, а это работа". Это долг, ответственность, возможность не просто поговорить. Я пришел на радио из академической среды уже взрослым человеком. Меня умиляло, что эти девочки, которых я привык видеть в качестве студенток и учениц, они все на "ты". Это все было поначалу тяжело.
– Поясните, пожалуйста, откуда вы пришли.
СВЕТЕНКО: Я работал в архиве древних актов – это известное научное учреждение в стране, преподавал в Российском государственном гуманитарном университете (Историко-архивном институте). Мне это все пригодилось – знания, опыт преподавательской работы, кругозор. Но позиционироваться (нелюбимое модное словечко) приходится всегда. Я и о футболе готов говорить, и спортивным комментатором быть – это профессия. Она имеет очевидные минусы в оценке специалистов: ну что такое журналист? Сегодня он о лесном хозяйстве, завтра – еще о чем-то: в двух словах о смысле жизни готов всегда поговорить, а глубоко не проникает. Но это тоже не так, потому что работа, которой приходится заниматься в общественно-политической редакции – это то, что действительно волнует людей. Открытость "Открытой студии" и заключается в том, что мы говорим о разных явлениях, и связь обнаруживаются совершенно неожиданная. Конечно, человеку, который на этом месте работает, самому должно быть это интересно, он сам должен в этом что-то понимать.
(Полностью "Портреты известных невидимок" слушайте в аудиозаписи).
