В Год единства народов России вспоминаем крупнейшего переводчика произведений национальных литератур, участника Великой Отечественной войны Семёна Липкина. СТУПАК: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Марат Сафаров и Полина Ступак, в эфире "Время и место". Приветствую, Марат. САФАРОВ: Приветствую, Полина. СТУПАК: По нашей доброй давней традиции мы выбрали три даты, о которых посчитали важным напомнить в сегодняшнем выпуске. Итак, в Год единства народов России вспоминаем крупнейшего переводчика произведений национальных литератур, участника Великой Отечественной войны Семена Липкина. Он родился в такой же сентябрьский день, но в 1911 году. И, наверное, Марат, согласитесь, что не было в советское время поэта, особенно в восточных республиках Советского Союза, чьи произведения не зазвучали бы на русском языке благодаря переводу Семёна Липкина. Переводил он и классику, и средневековые эпосы. САФАРОВ: Да, действительно. Сам он самостоятельно за полтора года выучил персидский язык, стал публиковать переводы иранских и таджикских поэтов, они принесли ему признание. Кстати, язык фарси Семён Липкин помнил до последних лет жизни. А прожил он 91 год. В советские времена часто переиздавались выполненные Липкиным переводы и калмыцкого эпоса "Джангар", и киргизского "Манас", и татарского "Идегей", бурятского "Гэсэр", кабардинских нартов. Поэма Алишера Навои "Лейли и Меджнун", "Семь планет", "Шахнамэ" Фирдоуси ("Поэма царей"), особенно ею гордился Семён Липкин, что он её перевел на русский язык. Большая часть стихов Габдуллы Тукая, значительная часть героического антифашистского "Манифеста" Мусы Джалиля – все они обрели русского читателя в переводах Семёна Липкина. СТУПАК: С самого детства Семён Липкин слышал вокруг себя разные языки. Его ранние годы прошли на Пушкинской улице в Одессе. Нынешний киевский режим, искореняя всё, что связано с высокой культурой, лишил Одессу улицы, носившей имя Пушкина еще с 1880 года. Ну, правда, они назвали Пушкинскую не бандеровской, а всего лишь итальянской, но важнейший одесский топоним нынешние нацисты решили искоренить. Но Семён Липкин ведь знал другую Одессу. САФАРОВ: Да, он знал, застал другую Одессу. В своем родном городе жил в смешении идиша, молдавского. А в старинной Бродской синагоге, куда приходил со своим отцом, портным, он в детстве знакомился с ивритом. Но всегда главным языком в жизни Семёна Липкина оставался русский язык, на котором он начал сочинять стихи. СТУПАК: И по совету своего земляка Эдуарда Багрицкого в 1929 году Липкин переехал в Москву. Там он познакомился с Осипом Мандельштамом, Арсением Тарковским. И Максим Горький в "Известиях" опубликовал его стихотворение "Лиса", которое было в рамочке врезано в главу из "Клима Самгина". САФАРОВ: Да, это как будто иллюстрация. Может быть, это даже и не имело никакого отношения к повествованию "Клима Самгина" горьковского, но так редакторы (а, скорее всего, сам Алексей Максимович Горький) захотели, и Липкин впервые опубликовался. И вот тогда он начал и переводить, правда, с подстрочника. Сразу скажем, такое многообразие сейчас мы поэм перечислили. Безусловно, Липкин не знал этих языков, за исключением некоторых, скорее частично языков. Например, он немного говорил по-узбекски. Как мы сказали, уже выучил все-таки фарси. Но в целом переводил действительно с подстрочника. Но поясним, я думаю, все наши слушатели знают, что такое подстрочник. Это такой вот, можно сказать (Полина, вы как филолог лучше объясните), буквальный перевод, художественно не обработанный. СТУПАК: Я бы сказала так: пословесный, послоговой, может быть, даже. САФАРОВ: И с ним должен был профессиональный литератор работать. Тем более что в советские времена стихи считались стихами, если они в рифму, и поэтому необходимо было находить рифмовку такого рода текста. Но это не ремесленный труд, это действительно творческое занятие. Слушайте в аудиофайле!