Подписание украинской стороной «формулы Штайнмайера»: что оно означает на практике? Гость в студии «Вестей ФМ» – общественный и политический деятель, депутат Верховной рады Украины V,VI и VII созывов Спиридон Килинкаров. Ведущая – Наталья Мамедова. КИЛИНКАРОВ: Я думаю, что подписание «формулы Штайнмайера» – не стратегическое решение Киева для достижения мира на Донбассе, а это решение тактическое. Тактическое для того, чтобы можно было собраться в нормандском формате, хотя для меня, например, не совсем понятно: если это самоцель – собраться в нормандском формате – ну, может быть, с точки зрения пиара это безумно интересно, с точки зрения практической, на мой взгляд, абсолютно бессмысленно, потому что я не вижу никаких новых идей в Киеве для того, чтобы можно было собрать нормандский формат и принять какие-то решения, которые позволили бы двигаться дальше. МАМЕДОВА: Давайте отметим, в Кремле уже отметили, что собираться просто так не будем, только по делу. КИЛИНКАРОВ: Не имеет абсолютно никакого смысла, я об этом неоднократно говорил. Теперь что касается «формулы Штайнмайера». Конечно, подписывая «формулу Штайнмайера», Киев показывает всему миру, что он все-таки последователен на пути реализации мира политико-дипломатическим путем. То есть, что воевать они не намерены. С одной стороны. С другой стороны, давайте практически подойдем к решению этого вопроса. Скажите мне, пожалуйста, вот я сейчас мониторю средства массовой информации, выступления политиков в Киеве, они говорят о том, что 31-го, грубо, декабря заканчивается срок действия закона об особом статусе, и они намерены принять новый закон об особом статусе. МАМЕДОВА: Это что означает на практике? КИЛИНКАРОВ: Это означает на практике ровно то, что они не намерены реализовывать тот закон, который был принят. Значит, они хотят либо принять новый закон, либо внести изменения в этот, которые вряд ли удовлетворят другую сторону. Это первое. Второе. Закон о выборах. Вы же следите внимательно, как принимаются законы, допустим, в Государственной думе, вот любой закон, даже не будем брать закон такой важности, любой закон. Как правило, это мнения, это позиции, это люди, которые соглашаются с чем-то, не соглашаются. МАМЕДОВА: Это обсуждение в профильных комитетах. КИЛИНКАРОВ: Но там хотя бы есть механизм. Понимаете? Механизм. То есть, голосуется, большинством голосов принимается закон. Скажите мне, когда есть две стороны, которые должны между собой согласовать закон о выборах, как это сделать практически? МАМЕДОВА: Ну, как минимум, сесть за стол переговоров, начать излагать аргументы. КИЛИНКАРОВ: Сесть за стол переговоров – это, конечно, прекрасно, но согласовать позиции по закону о выборах, на мой взгляд, абсолютно невозможно, потому что нет механизма принятия решения. МАМЕДОВА: Нет, подождите, если большинство депутатов за один вариант, меньший за другой, то очевидно, кто выиграет. КИЛИНКАРОВ: Это правильно, это когда речь идет о структуре, в которой есть механизм принятия, мы же говорим о двусторонних переговорах. Есть Украина и есть ЛНР и ДНР. Вот скажите, как согласовать им между собой закон о выборах? Я, например, не вижу, как это практически можно сделать, просто не вижу. Есть другой механизм, допустим, но вряд ли на него кто-то согласиться. Предположим, есть закон о выборах, а решение должна принимать, допустим, Нормандская четверка. Ну, теоретически. Это тоже, на мой взгляд, абсолютно нереально. Поэтому путь к миру политико-дипломатическим путем, в общем-то, определен, но это будет очень долгая история, очень долгая история, и быстрых решений здесь, на мой взгляд, не будет. Также в программе: большая приватизация на Украине.