В результате захвата пассажирских самолетов и тарана ими зданий Всемирного торгового центра и Пентагона в Нью-Йорке, Вашингтоне и на юго-западе Пенсильвании погибло почти три тысячи человек. Этот день стали называть самым страшным днем в американской истории, и в ответ на нападение 11 сентября президент Буш объявил войну с террором. Как американцем удалось добиться того, чтобы на территории их страны больше не было терактов? Как нам добиться того же? Есть ли чему поучиться? Об этом Сергей Шаргунов и Людмила Шаулина беседовали с главным редактором журнала "Национальная оборона" Игорем Коротченко и радиослушателями в эфире радио "Вести ФМ". Шаргунов: Десять лет назад это все случилось. 11 сентября, как вы помните, 2001 года самолеты врываются в здание Всемирного торгового центра и в Пентагон тоже. Шаулина: 2752 человека погибли. Естественно, это чудовищная история. Она обросла всякими легендами. Это не могло быть иначе, я так думаю. Но, так или иначе, в этот момент изменился мир, в этот момент изменилось устройство мира, взгляд на жизнь и вообще все. Шаргунов: В любом случае, это был самый страшный и жесткий день в американской истории. Шаулина: Да и в истории всего мира, я думаю. Шаргунов: Впервые Америка подверглась такому удару. Были ти Хиросима, Нагасаки, не будем забывать. Но Буш объявил войну с террором. Что бы мы не говорили о действиях Америки за ее рубежами, мы видим, что внутри самой Америки терроризма вроде бы нет. Всё спокойно. У нас в студии Игорь Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона". Вы, я знаю, ездили в Соединенные Штаты через год после теракта, вы имеете представление о том, как работает их служба внутренней безопасности. И хотелось бы все-таки понять, где причина того, что в Америке всё тихо. Коротченко: Прежде всего надо отметить, что в США были сделаны очень серьезные выводы из той масштабной национальной трагедии, которая произошла десять лет назад. И главным выводом стала большая координация, во-первых, деятельности всех специальных служб и правоохранительных структур американских. А второе - то, что было создано министерство внутренней безопасности как главный координатор всех антитеррористических усилий. Были проанализированы слабые места в системе безопасности Соединенных Штатов Америки, учитывая то, что, в принципе, США - это крепость, которая расположена за океаном, и проникнуть туда можно с помощью достаточно ограниченного набора средств. Прежде всего, конечно, это воздушный терроризм. И мы помним, что в ходе последующих лет было несколько попыток захвата и уничтожения воздушных судов, которые окончились безрезультатно. В том числе, этот знаменитый случай, когда один из террористов сделал подошвы своих собственных ботинок из взрывчатки, а потом пытался их взорвать в самолете, но был скручен пассажирами, которые находились рядом и проявили бдительность. Шаргунов: Некоторые пытались пронести какие-то напитки, при смешении которых случается взрыв. По крайней мере, планировали нечто подобное. Коротченко: Это действительно так. Шаргунов: Но не превратилось ли все это в паранойю? Или вообще эта паранойя во спасение? И американцам с их бдительностью удалось по-настоящему застраховаться? Коротченко: В паранойю это не превратилось. Потому что любая паранойя кончается тем, что происходят системные провалы в системе внутренней безопасности. Здесь же мы видим, что США очень четко, во-первых, выявило потенциальные способы проникновения террористов на территорию Америки. В частности, были взяты под контроль все морские грузовые контейнерные перевозки. А подразумевалось, что, в принципе, именно этим путем могут быть дальше нанесены удары. Полностью слушайте в аудиоверсии.