Зюганов приравнял Ленина в Мавзолее к мощам святых в Киево-Печерской лавре. Коммунисты в очередной раз выступили против перезахоронения вождя мирового пролетариата. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов считает, что нахождение Ленина в Мавзолее соответствует православным канонам и традициям. По словам коммуниста, форма захоронения Владимира Ильича не является единственным случаем. В Киево-Печерской лавре умершие также не захоронены в землю, ведь там даже можно увидеть мощи Ильи Муромца. При этом Зюганов отметил, что перезахоронение тех, чьи останки находятся возле Кремлевской стены, возможно только с согласия родственников. Однако никто из них не высказался за эту инициативу. Как, по вашему мнению, насколько уместно это сравнение? Как вы думаете, что нужно делать с телом Ленина и теми, кто похоронен в Кремлевской стене? Стоит ли трогать их, если это действие может, по мнению Зюганова, вызвать сольное сопротивление сторонников коммунистической идеи? Мощам святых церкви приписывают нетленность, а тело Ленина постоянно поддерживает в нынешнем его виде искусственно. Если останки, которые находятся возле Кремлевской стены, возможно перезахоронить только с согласия родственников, но разве кто-то спрашивал родственников, когда их туда помещали? Это и многое другое Руслан Быстров и Ольга Бадьева обсудили со слушателями радио "Вести ФМ".   Быстров: "Дайте спокойно умереть", - вот сообщение на смс-портале. Бадьева: Большими буквами, и как-то навевает сразу грусть. Быстров: Да. Ну, действительно для многих Ленин много очень значит. Если захоронить его сейчас, то это будет, конечно, ударом для наших дедов, для тех, кто застал все те времена. Ну, вот еще одно сообщение: "Дождаться, когда умрут те, кто застал Союз живьём, а потом спокойно хоронить". Возможно, с одной стороны, оно и правильно, но с другой стороны - спокойно, мне кажется, всё равно не получится. Потому что всегда найдутся силы, которые готовы на этом спекулировать. Бадьева: Вот еще сообщение в этом же духе: "Ленин – не святой, захоранивать не надо, пока живо поколение, выросшее до перестройки. Пусть потом наши дети внуки его захоронят. Сейчас он дорог нашему обществу как память". Да, но есть еще такой момент. Что чем дольше объект находится где-то, тем больше он становится историей, а потом, как известно, историю трогать места, куда-то сдвигать еще сложнее. Так ведь может и в "пирамиды" превратиться. Вспомните. Потом будет просто жалко, потому что это будет настолько уже история, настолько въевшаяся в наше сознание, в нашу кровь явление, что будет вообще сложно приторонуться. А вот есть еще предложение: "Новое поколение, наверное, не знает, кто такой Ленин. Пройдёт время, они начнут править страной, и тогда они вообще его отправят куда-нибудь на вольные хлеба. Сейчас хоть захоронить предлагают". То есть лучше, наверное, захоранивать сейчас, пока действительно есть в памяти и пока это могут сделать с честью. Быстров: Здравствуйте, Александр! Александр: Добрый день! Да, меня Александр зовут. Я считаю, что всё-таки надо перезахоронить. И то, что говорит Геннадий Андреевич, что, якобы, Ленин равноценен святому, он передергивает. Потому что святые – это люди, которые служили церкви, которые действительно были святыми. Ленин всеми силами боролся против этой церкви, жестоко уничтожал веру, священников, и теперь причислять его к святым – это просто передергивание фактов, и вообще нелогично. Бадьева: Вы понимаете, ведь нет у коммунистов, действительно, своих святых, вот и решили выдумать. Александр: Ну, вот видите. Геннадий Андреевич – он умный человек, и его можно уважать за многие его стойкие позиции. Но здесь он просто искусно манипулирует. А то, что касается, когда это сделать... Ну, действительно сейчас наше общество такое, скажем,  нездоровое, больное, и еще старое поколение, которое совершенно по-другому думает. Мне казалось, лучше было бы чуть подождать, потому что уйдёт и старое поколение, и, дай бог, общество выздоровеет, и это пройдёт менее болезненно, чем это было бы сейчас. Бадьева: Александр, ну, вот смотрите,  нахождение тела Ленина там сколько вызывает споров. Не то чтобы каждый год, несколько раз в год. Александр: Я согласен. Бадьева: Это как какая-то опухоль. Её удалил... Александр: Я согласен, но что делать. Знаете, как хроническому больному досталась какая-то болячка, и никто не отрицает, что можно вылечить, но он вынужден с ней жить. Ну, вот так и мы тоже. Ну, нехорошо, чтобы там действительно какие-то массовые мероприятия, увеселения и тут же кладбище. Я согласен, но что поделать. Что поделать.   Полностью слушайте в аудиоверсии. Полный перечень выпусков вы можете найти в разделе "Программы", на странице программы "Утро".