Провокация

Выпуск 15 октября 2022 года
Радиопрограмма, 2023
Россия
Психология

5 сезонов, 181 выпуск по 58 мин

Свой вопрос вы можете задать при помощи специальной формы. С.НАСИБЯН: Добрый вечер. Мы с вами на волнах «Маяка», это программа «Провокация» и я, Сергей Насибян, ее ведущий, психолог, коуч, путешественник, так, по крайней мере, обо мне пишут, а там уж, как пойдет. Я рад приветствовать вас сегодняшним вечером на наших волнах. Сегодня к нам, в общем-то, стучатся гости и это приятно, и даже обещали, что сегодня будут мужчины. Потому что в прошлый раз я сказал о том, что мужчины гораздо трусливее женщин, крайне редко обращаются к психологам, крайне редко обращаются за помощью. Ну, и, в общем-то, и, в целом, у нас в культуре не принято, наверное, кому-то как-то рассказывать о своих проблемах. В связи с чем я спешу вам напомнить – в этой программе я никого из вас не лечу, я не ставлю вам диагнозов, я не даю вам никаких бесплатных советов. Все, что я делаю, я вас слушаю и возвращаю вам то, что вы сказали, но в большей степени то, что постарались скрыть от себя. Поэтому напомню вам, все, что вы услышите, все, о чем мы с вами будем говорить, важно только для вас. И, самое главное, что от вас и потребует это дальнейших действий. Поэтому здесь на нашем канале в нашей передаче мы с вами будем искать вдохновение, для того чтобы изменить в своей жизни те или иные ситуации, в которых, возможно, вы когда-то запутались. Сейчас, когда я ехал на программу, я опаздывал, ну, по крайней мере, я опаздывал в моем понимании, потому что я человек очень пунктуальный. Я помешан на времени, я помешан на пунктуальности. Вчера, когда я был в гостях у Сергея Стиллавина, мы много говорили. И я знаю, что люди образованные, люди умные, люди с хорошим чувством юмора часто задают вопрос психологам, что, неужели правда, все из детства, неужели все проблемы из детства? Так или иначе, любой психолог, конечно же, скажет вам, что да. Ну, а я часто цитирую Адлера, который сказал – если у вас была мама, то у вас были проблемы, а они точно есть, потому что наличие мамы предполагает человека, который все эти проблемы у вас создаст своей любовью или нелюбовью, это уже не имеет значения. Ну, вот, что касается моего такого легкого свертывания, наверное, шизофреничного практически на пунктуальности, вы знаете, когда мне было 7 лет, я опоздал домой на 6,5 часов. В первом классе у нас был субботник, это была суббота, и соответственно у первоклашек субботник должен был закончиться в 12. А соответственно в 18.30 я вдруг вспомнил, что уже соответственно должен шесть часов, как быть дома, а мы в это время играли с моим товарищем на чердаке его дома. И помню, как я пришел домой. Конечно же, мои родители уже думали, что меня там расчленили, разбросали по подъездам и меня уже больше никогда не увидят. Поэтому, когда меня встретили, мой любимый отец, который никогда ни до, ни после не поднимал на меня руки, он сорвал ветку, как сейчас помню, с куста магнолии и один раз всего лишь навсего ударил меня по заднице, по-другому это не сказать. Я был в шортах, я помню, была весна, и я помню глаза своего папы. Мне не столько напугал удар, сколько напугало его состояние. И вот, знаете, с тех пор я не опаздываю. Вот сегодня чуть было не опоздал, чуть было не случился со мной сердечный приступ в связи с этим. Но я вовремя, надеюсь, и вы тоже. И у нас есть звонок. Нам звонит, кто же нам звонит сегодня? Добрый вечер. Представьтесь, пожалуйста. ИРИНА: Добрый вечер. Меня зовут Ирина, я из города Ангарска. С.НАСИБЯН: Очень приятно, Ирина. ИРИНА: У меня такой вопрос. С 1996 года и по 2015 я была индивидуальным предпринимателем. Закрылась в долгах, рассчиталась постепенно с ними. Но сейчас у меня страх открыть свое новое дело. Вот прямо страх денег потерять, остаться в долгах, ну, вот это все, что связано с бизнесом. С.НАСИБЯН: Скажите, вы вот сейчас на данный момент не имеете долгов? Вы закрыли все свои долги по старым обязательствам? ИРИНА: Все закрыла долги, да. С.НАСИБЯН: Хорошо. Ирин, а зачем вообще вам открывать свое дело? ИРИНА: Я хочу жить, как я жила, чтобы у меня был доход, который зависит от меня, чтобы меня это устраивало, потому что это будет от меня зависеть и соответственно будет больше действий, чем тот, который у меня стабильный сейчас, но он фиксированный. С.НАСИБЯН: Ну, в смысле, вы получаете заработную плату, работая наемным сотрудником. ИРИНА: Да. С.НАСИБЯН: Хорошо. При этом при всем тот период, когда вы занимались бизнесом, связан у вас, с одной стороны, с воспоминанием, что вы управляете своим доходом, а, с другой стороны, он связан с тем, что вы все-таки разорились, значит, где-то вы потеряли контроль, так? ИРИНА: Да. Когда был 2008 год, мировой финансовый кризис, мой бизнес был связан с ограниченными поставками, и соответственно в тот момент рухнуло все. И покатился он вниз с 2008 до 2015, я его тянула, так скажем, и ушла в долги вот в это время. И потом уже закрыла. С.НАСИБЯН: Скажите, а вот с 2008 до 2015 в течение семи лет, что заставляло вас набирать эти долги? Зачем вы тянули дохлую лошадь под названием бизнес, который умер? ИРИНА: Ну, в тот момент я не думала, что это дохлая лошадь. Я думала, что я вытяну. С.НАСИБЯН: Я именно поэтому, Ирина, прошу вас сейчас в ретроспективе посмотреть назад, и уже мы же можем говорить сейчас, что это была дохлая лошадь. Вот давайте подумаем, зачем вы пытались растолкать ее? ИРИНА: Потому что я не умею жить по-другому. С.НАСИБЯН: Как по-другому? Обратите внимание, вы живете сейчас по-другому. Вам казалось, что вы не сможете жить по-другому, так ведь? ИРИНА: Да. С.НАСИБЯН: У меня была ровно такая же история только в 1998 году, когда кризис был не международный, я не знаю, не всемирный, а кризис был в нашей стране, и я сделал ровно то же самое, что и вы, только не в течение семи лет, а в течение четырех месяцев. Я, потеряв бизнес, оказался в глубоком долговом, я не знаю, овраге, это даже ямой не назвать, из которого я долго не мог вылезти. И поэтому я точно знаю, как это происходит. И хочу, чтобы вы сейчас тоже обнаружили вот этот мотив. Зачем мы пытаемся растолкать эту дохлую лошадь? Почему мы не пересаживаемся на другую? Почему мы не сходим с нее? ИРИНА: Думала, что ситуация выровняется и сумею рассчитаться в бизнесе с долгами, а получилось, что, наоборот, закрылось. Долги (неразборчиво) и кредитные обязательства были. С.НАСИБЯН: Ну, обратите внимание, то есть у вас тогда была надежда, так ведь? ИРИНА: Так ведь. С.НАСИБЯН: И эта надежда вас подвела, так? ИРИНА: Да. С.НАСИБЯН: Первый ответ уже очевиден. Чем бы вы ни занимались с завтрашнего дня, от чего вам придется точно отказаться, это от надежды. ИРИНА: Не знаю. С.НАСИБЯН: Ну, просто никогда нельзя надеяться. Потому что надежда сама по себе, к сожалению, не ресурсное состояние. Ресурсным состоянием является безнадежность. То есть, когда мы работаем в моменте, когда мы оцениваем ситуацию в моменте, когда мы не говорим себе о том, что дальше будет лучше или дальше будет легче. Мы оцениваем ситуацию по тому, что есть здесь и сейчас. В бизнесе это особенно легко, на самом деле, сделать, потому что при общих вводных, которые там существуют, ну, в общем-то, при решении самых простейших уравнений мы с вами можем точно понять, стоит заниматься этим бизнесом или нет, если мы бизнесмены, так ведь? ИРИНА: Так, да. Я сейчас понимаю, что в момент, это очень важен момент. Ну, вот страх у меня все равно как бы остался. С.НАСИБЯН: Это я понимаю. Но вот здесь как раз уже нужен исключительно бизнес-подход. Ирин, посмотрите, ваша задача сейчас это, ну, условно говоря, посчитать количество денег, которые вы способны инвестировать. И самое важное это оценить риски, очень четкие риски. ИРИНА: Но мое состояние, вот этот страх, как его можно как-то, не знаю. С.НАСИБЯН: Безусловно, можно, сейчас я вам скажу. Первое, что вам необходимо сделать, это понять, что вы контролируете. Не пытаться контролировать того, чего вы не контролируете, а идти только теми маленькими шагами и, ставя перед собой очень на данный момент пока небольшие цели. Ну, я не знаю, каким бизнесом вы занимались, я не знаю, какой бизнес вы бы хотели сейчас завести. ИРИНА: Сейчас я хотел онлайн бизнес. С.НАСИБЯН: Онлайн бизнес. Ну, а что там, в онлайн бизнесе? Я знаю разные проекты, поэтому и спрашиваю, что бы вы хотели, торговлю? ИРИНА: Продюсирование. С.НАСИБЯН: А, продюсирование. ИРИНА: Да, экспертом. С.НАСИБЯН: Слушайте, ну, в продюсировании-то, в общем-то, вообще не так важны ваши деньги, сколько важна ваша специальность, насколько важны ваши знания, так же? ИРИНА: Я обучаюсь, да, я набираюсь знаниями, обучаюсь у многих экспертов, работаю также (неразборчиво). Но все равно у меня вот этот страх как бы он есть, я его понимаю и боюсь даже людям предложить свои, ну, себя в качестве эксперта продюсера. Хотя я понимаю, что я могу это. С.НАСИБЯН: Я понимаю. Смотрите, ну, давайте сделаем такую штуку. Первое, что вам необходимо, это познакомиться с вашим страхом. Вы уже пробовали расписать, какие сценарии вы боитесь больше всего развития? ИРИНА: Нет, не пробовала. С.НАСИБЯН: Сделайте такую вещь. Вот просто возьмите бумагу и напишите 10 сценариев, которые вас пугают. Можно в порядке убывания, можно в порядке возрастания, можно вообще беспорядочно. Достаточно подробно постарайтесь их расписать. И после этого, только не сразу, а через день, условно говоря, вы откроете эту запись и посмотрите, а какая информация у вас там, на самом деле, хранится. То есть в каждом из этих сценариев есть информация о вас, потому что страх это ваш друг. Он, на самом-то деле, говорит вам о том, что может произойти. И, если вы будете предупреждены, вам будет гораздо проще. Сделайте это упражнение. ИРИНА: Сценарий вообще, как можно все… С.НАСИБЯН: Негативных, 10 негативных сценариев, как может все произойти. А потом, прочитав их на следующий день, заберите оттуда только информацию. И вот, зная эту информацию, опираясь на нее, вам будет просто проще. Потому что ваш страх, конечно же, возникает не из-за того, что с вами было, а из-за того, что вы боитесь, что произойдут какие-то другие события. Вот это упражнение поможет вам очень хорошо ориентироваться в пространстве ваших действий, в пространстве вашей деятельности. ИРИНА: Спасибо вам огромное. С.НАСИБЯН: Сделайте и звоните на следующей неделе, а, на следующей неделе нет, звоните через две недели мне в эфир. ИРИНА: Хорошо, перезвоню обязательно. С.НАСИБЯН: Отлично. Спасибо. ИРИНА: Всего доброго. С.НАСИБЯН: До свидания. Страх перед началом чего бы то ни было нового всегда существует у каждого из нас. Он же ведь возникает в результате того, что мы, действительно, не способны предсказывать будущее. Даже, если мы можем с вами ориентироваться на астрологические прогнозы популярных журналов, вряд ли это нам даст таблетку для успокоения. А вот, когда мы расписываем свои собственные сценарии, которые в нашей голове, вот так мы можем познакомиться с тем сигналами и знаками, которые из будущего к нам, в общем-то, обращены, как дорожные знаки, тогда нам будет гораздо проще. Ну, что же, у нас еще один звонок. Добрый вечер. АЛЕКСЕЙ: Сергей, здравствуйте. Алексей меня зовут, Москва. С.НАСИБЯН: Здравствуйте, Алексей. АЛЕКСЕЙ: Короче, ситуация следующая. У меня есть одна определенная, ну, назовем это так, проблема, которая образовалась совершенно, вообще абсолютно случайно, я не знал, как вообще в данном случае действовать. Я сразу скажу откровенно, я уже принял определенное решение, потому что прошло уже некоторое время, но, тем не менее, какая-то ерунда внутри сидит, и пытаюсь я с этим разобраться. Я очень увлекаюсь психологией и супруга тоже, если какие-то проблемы, мы садимся, решаем, разговариваем прямо, именно сидеть и общаться. Короче говоря, мы сами бизнесмены, то есть, у нас есть разные виды деятельности. И один из достаточно долгих, скажем так, периодов нашей жизни занимало любимое дело, именно любимое, оно шло прямо с раннего детства, то есть это ремонт мотоциклов. Ну, как многие пацаны в свое время начинали как-то, так у меня и пошло. У меня были и кафе, и прочее, и интернет-магазины. И в итоге мы открываем мотосервис, который за практически 10 лет, он становится лучшим мотосервисом вообще, в принципе, и в России, там с невероятными оценками, призером во многих выставках и прочее. Это, действительно, любимое дело. Это знаете, когда, как говорят, что я ни разу в жизни, ну, я ни одного дня не работал. Но получается, что, да, приносит деньги, да, это любимое дело, но я понимаю, что я работаю в отсечке. То есть это уже просто, я не знаю, куда двигаться дальше. Мы садились, обсуждали, думали, как двигаться, что, какие варианты развития. Мы открывали другие филиалы. Но этот вид деятельности требует просто колоссального внимания именно основателя. То есть ставишь другого человека, и все, то есть как бы уже руководитель, он не может вытянуть то, что необходимо, то есть, вот этого духа уже нет. Скажите, пожалуйста, со стороны психолога, со стороны человека с определенным багажом знаний, как поступать людям, как поступать предпринимателям. У меня есть такие ребята, которые, действительно, вот сейчас они в подобной ситуации. Занимаются любимым делом, понимают, что будущего в данном случае нет. То есть ты, грубо говоря, получаешь свою копеечку, занимаешься этим, и это, через 20 лет ты этим же будешь заниматься. И меня это конкретно не устраивало. Я хотел двигаться дальше. Вот, как в таких случаях быть? Вот, что делать тогда? Как себя настроить? Вот такой момент. С.НАСИБЯН: Ну, смотря, на что настраивать, Алексей. Скажите, вы звоните мне из Москвы, насколько я понимаю. АЛЕКСЕЙ: Да. С.НАСИБЯН: У вас есть какие-нибудь любимые места, где вы путешествовали, бывали? АЛЕКСЕЙ: Несомненно, конечно, однозначно. С.НАСИБЯН: Какие? АЛЕКСЕЙ: В первую очередь, это Север. Мы на мотоциклах и автомобиль у нас подготовлен, мы ездим дикарем, назовем это так, и Карелия, и Кольский полуостров, почти всю Россию уже проехали. С.НАСИБЯН: Ну, то есть Север России это любимые ваши места. АЛЕКСЕЙ: Это прямо, да, это что-то, конечно. С.НАСИБЯН: Отлично. Ну, давайте возьмем какой-нибудь город, в котором вам нравится останавливаться. Может быть, есть какая-нибудь любимая гостиница. АЛЕКСЕЙ: Нет, это исключительно, действительно, дикие места. То есть это больше… С.НАСИБЯН: Нет, я хочу именно, чтобы мы про людей поговорили, которые там живут. Я, поэтому и спрашиваю, как живут там люди? АЛЕКСЕЙ: Они более открыты, они более приветливы, они более простые. С.НАСИБЯН: Ну, вы же замечали, что они живут по принципу, где родился, там и сгодился. АЛЕКСЕЙ: По правде говоря, да, я это тоже понимаю. С.НАСИБЯН: И обратите внимание, они счастливы. АЛЕКСЕЙ: Ну, насколько я знаю, да. С.НАСИБЯН: Смотрите, я имею в виду, что люди, которые живут вне больших городов, в общем-то, счастливы тем, что они делают. Кто-то 30 лет может работать, не знаю, варить кофе, кто-то может 30 лет печь хлеб, кто-то швеей, ну, впрочем, по-разному. Далеко не все же люди стремятся постоянно к каким-то невероятным звездам в бизнесе, в деньгах и так далее, правда? АЛЕКСЕЙ: Несомненно, конечно. С.НАСИБЯН: Это один из путей. Но, если вы для себя ставите идеей развитие, то вы, к сожалению, с большой долей вероятности не можете позволить себе такую роскошь, как любимое дело. АЛЕКСЕЙ: Ну, да, я сейчас понимаю, о чем вы говорите, потому что я прошел этот этап, да, мне это очень интересно. С.НАСИБЯН: Поэтому я и говорю, что, если вы для себя определяете развитие, как само по себе дело, то тогда вы движетесь вне зависимости от того, чем вы занимаетесь. Вам надо измерять ваш успех, вашу удовлетворенность просто другими качествами, другими критериями. АЛЕКСЕЙ: Но тот самый страх, о котором вы, кстати, в момент моего подключения, о котором вы говорили, который я успел застать, тот самый страх о неведении того, что будет дальше, у кого-то страх потерять деньги, у кого-то страх, что что-то не получится, а что я еще умею. Я все через это прошел. Кроме шуток я уже даже смотрел, думаю, ну, как звезды лягут, уже даже, что вообще календарь на этот год, уже даже до маразма доходило. И, да, я принял решение. Если интересно, я расскажу, какое я принял решение, а вы скажете, насколько это вообще верно. С.НАСИБЯН: Расскажите, у нас есть пара минут. АЛЕКСЕЙ: Я, действительно, сел, я расписал плюсы, минусы того, что я имею, и я понимал, что через десять лет я буду тут же, а, если я его продам, например, выйду из этого бизнеса, то, как минимум, я не знаю, где я буду, но у меня открывается гораздо больше дорог. То есть, потому что все зависит от меня, ведь только я решаю, что будет дальше и как действовать. В итоге, действительно, со слезами, сложно, больно, это был очень сложный переходный период, мы его продали. Мы сейчас занимаемся другим видом бизнеса. Действительно, мы рады, мы очень счастливы, что вышли, мы поняли, что мы вдохнули жизнь, все по-другому изменилось, мы, действительно, кайфуем от того, что делаем. Но у меня все равно вот немножечко где-то в душе, в глубине остается вот эта вот детская, вот эта вот мечта и иногда даже хочется вернуться. Но я понимаю, что там как бы, там предел. С.НАСИБЯН: Вы знаете, недавно, буквально на прошлой неделе я как раз написал у себя на страницах о том, что наше желание вернуться, оно несбыточно, потому что никто из нас никогда не сможет по-настоящему вернуться туда, откуда ушел. АЛЕКСЕЙ: Да. С.НАСИБЯН: И это такое очень, как сказать, очень детское наше, очень ранимое желание, стремление вернуться, оно, в общем-то, лежит в основе почти всех наших невротических поведенческих паттернов, потому что мы все хотим куда-то вернуться. Вернуться в детство, вернуться в дом какой-то, вернуться к старому бизнесу, ну, вот этого просто быть не может. Знаете, попробуйте пожить какое-то время, вы же мотоциклист, да? Вы же понимаете, вы недалеко уедете, если вы будете смотреть в зеркало заднего вида только. АЛЕКСЕЙ: Несомненно. С.НАСИБЯН: И здесь надо просто договориться с супругой, раз уж вы партнеры еще плюс ко всему, о том, что мы движемся вперед, и мы смотрим, что произойдет. Но одну я точно могу вам дать рекомендацию. Для того чтобы вам было спокойней, конечно, нужно ставить перед собой цель, какую-то цель. Она может быть какой угодно, но она должна быть. И тогда вы все остальные свои действия просто подведете в ее контекст, и вам станет гораздо проще принимать решение. АЛЕКСЕЙ: А можно в завершение, скажем так, я так понимаю, разговора вопрос к вам, как к опытному человеку. С.НАСИБЯН: Давайте. АЛЕКСЕЙ: Действительно ли, ставя перед собой глобальную цель, просто до смешного просто посидеть, пофантазировать, записать, именно глобальную, мозг, действительно, все-таки по жизни в большинстве случаев подстраивается и начинает работать именно в том направлении, делая такие, скажем так, действия, подталкивает тебя на какие-то решения. С.НАСИБЯН: Конечно. АЛЕКСЕЙ: Которые ведут именно туда. С.НАСИБЯН: Конечно. Да, потому что он начинает замечать просто эти знаки, он начинает это видеть и начинает вам их подсказывать и показывать. Сейчас у нас будет перерыв, а после него я отвечу. Что же, у нас продолжается разговор с Алексеем. АЛЕКСЕЙ: Да. С.НАСИБЯН: Алексей, я хотел бы в этом смысле закончить, может быть, объяснить свою идею. Смотрите, все, что вы сейчас вокруг себя видите, все, что вы можете потрогать, когда-то было чьей-то идеей. Ну, мы не берем природные явления, если мы не говорим о существовании бога и так далее, высших замыслов. Я говорю о каких-то физических вещах, которые созданы человеком. Так ведь? Вот все когда-то было чьей-то идеей. АЛЕКСЕЙ: Да, да. С.НАСИБЯН: И как раз что-то из этого было идеей так давно, когда это еще было невозможно даже объяснить словами. Ну, например, я не знаю, наши смартфоны. И это доказывает, в общем-то, идею Платона о том, что все рождается в уме изначально, потому что сначала все должно иметь вот этот идеальный образ, то есть родиться внутри нашего сознания. Когда мы фантазируем, как вы сказали, я бы назвал это неким таким способом визуализации, но можно говорить о фантазии, просто фантазия, она берет образы вообще из ничего. Почему фантасты такие описывают, ну, не знаю, такие существа, такие машины описывают, которых люди не знают и не видят, потому что у них развита как раз та самая фантазия. Если же мы подключаем к этому свой интеллект и анализ, то мы, скорее, визуализируем. Как только визуализируете себе цель, то ваш ум, он начинает искать доказательства того, что это возможно. Вспомните, например, мотоциклы. Вы задумались о какой-нибудь модели мотоцикла и начинаете на дороге видеть только ее. Бывало такое? АЛЕКСЕЙ: Проверял специально. С.НАСИБЯН: Конечно, вот так это и работает. Поэтому ваша задача придумать для себя эту цель, которую, возможно, вы сейчас не способны еще увидеть полноценно, но она будет вас вести. Ну, и еще, вы меня сегодня подтолкнули, я как раз думал о том, какой же фильм мне порекомендовать в конце нашей передачи, и я его порекомендую. Но скажу вам просто сейчас в качестве спойлера, что ключевая идея этого фильма заключается в прыжке веры. То есть наша задача уметь делать этот прыжок веры, без этого… АЛЕКСЕЙ: Это как раз самое сложное. С.НАСИБЯН: Да, я знаю, что это сложно. Но этому невозможно научиться, то есть это всегда будет одинаково страшно. АЛЕКСЕЙ: Да, факт. С.НАСИБЯН: И мы каждый раз будем это делать. Я бы даже не смог сказать вам, что вы прыгнете пару раз, а потом, как на мотоцикле никогда не забудете, как ездить. Нет, забудете, и каждый раз будет страшно снова и снова. Но верьте в себя, Алексей, в этом смысле, верьте. Хорошо? АЛЕКСЕЙ: Круто. Спасибо. С.НАСИБЯН: Спасибо вам, всего доброго. Ну, что же, надеюсь, Алексей сделает то, что он хочет, надеюсь, он придумает вместе с супругой, каким бизнесом он будет заниматься. А у нас с вами звонок. Добрый вечер. ВАДИМ: Добрый вечер. С.НАСИБЯН: Добрый вечер. Представьтесь, пожалуйста. ВАДИМ: Меня зовут Вадим. С.НАСИБЯН: Очень приятно. ВАДИМ: Мне 52 года. Сейчас живу в Таганроге, ну, нахожусь, родился на юго-востоке Украины, скажем так. Вопрос простой, я как бы озвучил его. Но, опять же, что такое понятие, как найти счастье, как быть счастливым человеком, как ощущать себя в этом мире достаточно счастливым, скажем так? С.НАСИБЯН: Ну, хороший вопрос. ВАДИМ: Очень хороший. Он очень, наверное, большой и тяжелый вопрос. С.НАСИБЯН: Нет. ВАДИМ: Ну, может быть, я просто хотел, может быть, поговорить. С.НАСИБЯН: Вы удивитесь, Вадим, не сложный вопрос, постольку, поскольку я потратил в своей жизни много лет на разгадку этой загадки. Я бывал в разных местах, я разговаривал с разными мастерами. Могу сказать, что я для себя нашел этот ответ, иногда он помогает другим. ВАДИМ: Поделитесь, пожалуйста. С.НАСИБЯН: Первое, что необходимо сделать, это разделить, ну, в смысле, увидеть разницу между понятием «счастье» и понятием «удовольствие», это разные вещи. ВАДИМ: Да? Вы знаете, а я думал, может быть, счастье и приносит удовольствие, или удовольствие это счастье. Ну, какая-то есть все-таки… С.НАСИБЯН: Ну, согласитесь, что бывает такое, что удовольствие мы можем получить, например, от еды, но совсем не означает, что мы счастливы в этот момент. ВАДИМ: Конечно, согласен. С.НАСИБЯН: Ну, вот. А бывает такое, что мы, например, счастливы, вот просто счастливы, ну, например, мы влюблены, счастливы, но при этом не удовлетворены, например, физически, потому что не можем с объектом своей влюбленности соединиться, так же? ВАДИМ: Страдаем. С.НАСИБЯН: Поэтому я просто хочу, чтобы вы поняли, что это разные вещи. Более того, ученые очень много думают про счастье, и по-разному описывают физиологию этого феномена человеческого бытия. Но я скажу вам вот, о чем. Первый вариант, один из вариантов, когда, я помню, я задал этот вопрос, я находился в этот момент, шла гроза, это было в горах, в Гималаях, в Непале, я зашел в пещеру, и в этой пещере сидел один пожилой монах буддийский. И мне показалось, что вот именно он ответит мне на этот вопрос. И я задал ему вопрос, сказал, как быть счастливым? А он посмотрел на меня, улыбнулся практически беззубым ртом и сказал мне – скажи, а то, что ты делаешь сейчас, делает тебя счастливым? Я сказал – конечно, нет, иначе я бы не искал. И тогда он мне сказал – а зачем ты это делаешь? ВАДИМ: Красиво. С.НАСИБЯН: С тех пор я для себя принял одно простое правило. Если я чувствую себя несчастным, я начинаю искать действия, которые меня несчастным делают, и прекращаю их. ВАДИМ: А, если эти действия приходят извне? С.НАСИБЯН: Вы все равно можете прекратить практически любые действия. Смотрите, я же не знаю, какие действия у вас приходят. Ну, просто, если вы видите, что ваши действия делают вас несчастным, то вы можете на это повлиять. Бывает масса обстоятельств внешних, на которые повлиять мы не можем. ВАДИМ: Ну, да. С.НАСИБЯН: Ну, так вот, в счастье надо влиять на то, на что ты способен повлиять. Поэтому это первое. Вот просто посмотрите на это и задайтесь этим вопросом, что же такое я могу не делать, что сегодня делает меня несчастным. Вот это правило, оно сделало меня очень не только счастливым, но я считаю, что еще очень удачливым за последние 15 лет. ВАДИМ: Скажите, ну, опять же, человек, к сожалению, в этом социуме живя, извне получает много таких вот негативных моментов, которые, ну, да, приносят ему несчастье, скажем так. Ну, и как вот повлиять на это? С.НАСИБЯН: Вадим, смотрите, вы не можете повлиять на то, что происходит вовне. Вы можете повлиять на свое отношение к этому. Смотрите, то, как вы к этому относитесь и делает вас несчастным. ВАДИМ: Согласен отчасти, да. Пожалуй, да, отношение это да. С.НАСИБЯН: Вы знаете, у меня есть товарищ, мой хороший друг, он мой коллега, он в молодости, в юности потерял руку. И люди все время, когда видят его, начинают его жалеть. Но он никогда не требовал к себе этой жалости. И вот однажды мы с ним зашли в музыкальный магазин где-то на юге Индии, и он начал смеяться. Я говорю – чего ты так смеешься? А он говорит – ты знаешь, я только что подумал, если бы у меня была правая рука, я бы очень страдал от того, что не играю на всех этих инструментах. ВАДИМ: Да, подход такой довольно… С.НАСИБЯН: Вот-вот, поэтому влияйте только на то, на что вы можете. Не делайте то, что делает вас несчастным уже сейчас. Попробуйте. Я могу долго об этом говорить, но лучше же дать какое-то конкретное упражнение, правда? ВАДИМ: Конечно, я согласен с вами. С.НАСИБЯН: Так что так. Надеюсь, ответил. ВАДИМ: Спасибо большое. С.НАСИБЯН: Спасибо вам, Вадим. ВАДИМ: Очень приятно общаться с вами. Спасибо. С.НАСИБЯН: Спасибо. До свидания. ВАДИМ: До свидания. С.НАСИБЯН: Счастье, счастье, это такой вопрос, ну, конечно же, с одной стороны, не простой, но, с другой стороны, я помню, как в моем присутствии однажды спросили у одного духовного лидера, как же быть счастливым. Он сказал – это очень просто, надо просто открыть свое сердце. Дальше он не ответил. Что делать для того, чтобы сердце открылось, я не знаю. У нас есть звонок. Про счастье я поговорю сегодня еще, наверное. Добрый день. О, у нас мужчины. РУСЛАН: Здравствуйте. С.НАСИБЯН: Здравствуйте. РУСЛАН: Хочу, во-первых, поблагодарить за сериал «Триггер». С.НАСИБЯН: Спасибо вам, что смотрите. РУСЛАН: Ситуация такая, я вот написал и хочу с вами об этом говорить. Смотрите, мне 30. С.НАСИБЯН: Как вас зовут? РУСЛАН: Меня зовут Руслан. С.НАСИБЯН: Очень приятно. РУСЛАН: Я из Москвы, то из Питера, то из Сочи, сам пока не знаю. С.НАСИБЯН: Не определились. РУСЛАН: Да. В общем, ситуация такая, у меня такое ощущение и положение дел в жизни, что я как будто бы не разрешаю себе установиться в жизни, найти свое дело, которым бы я занимался. Тут такой спектр, я его опишу, если позволите. С.НАСИБЯН: Да. РУСЛАН: Значит, дело, которым бы я занимался, не могу построить отношения, заходят в тупик они, знаете, чем, я как будто бы думаю, что я не создаю в отношениях событий ввиду отсутствия денег, и они начинают затухать. И думаю, что этот человек видит, и как бы у нас все превращается в такую кашу. И я еще заметил такую вещь, что я ничего не могу довести до конца, то есть дело какое-то, учеба будь то, вот. Как быть? И чувствую, что я разрушаю как будто бы жизнь свою этим, и не могу никак установить себя, как бы найти себе место. С.НАСИБЯН: Смотрите, Руслан, когда вы задаете вопрос, в конце этой тирады «как быть?», мне хочется ответить просто – будьте. Но меня смущает вопрос «как быть». Вы хотите спросить, что делать? Или в связи, с чем такая патернальность в вашей жизни, в смысле, что повторение одних и тех же ситуаций и событий? РУСЛАН: Вот второе. В связи с чем? С.НАСИБЯН: Давайте попробуем рассмотреть вот, что. Не рассказывайте мне ничего, просто вспомните какую-то ситуацию, которая была, ну, предположим, наверное, последней, в которой вы испытывали все эти чувства, эмоции, разочарование, обиду, сожаление, которые вы испытываете, как я понимаю, когда вам не удается построить отношения или довести что-то. Вспомните просто. РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: Вспомнили? РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: Хорошо. Вот вы смотрите на нее, как на картинку сейчас. И я хочу, чтобы вы сейчас, пока у нас будет перерыв на новости, я хочу, чтобы вы, глядя на эту картинку, позадавали себе вопросы. Вот просто, какие вопросы придут, вы их запомните, а после перерыва вы мне о них скажете, хорошо? РУСЛАН: Да, договорились. С.НАСИБЯН: Вот просто смотрите на картинку и наблюдаете, какие вопросы возникают в вашей голове. А мы соответственно с вами после того, как будет перерыв, мы с вами продолжим, хорошо, Руслан? РУСЛАН: Да, хорошо. С.НАСИБЯН: Ну, что же, Руслан, расскажите, что там вы себе назадавали? Какие вопросы? РУСЛАН: Да, получилось три вопроса. Первый – для чего тебе эти переживания? Второй вопрос – какой мотив тебя каждый раз приводит в это положение дел и чувств? И третье – что тебе может помочь перестать делать то, что тебя к этому приводит? С.НАСИБЯН: Отлично. Теперь скажите, глядя на это со стороны, вы слышите эти вопросы, а теперь, пожалуйста, представьте себе, что вы внутри этой ситуации. Вот прямо вы там, вы попали в эту ситуации, вы внутри, там происходят какие-то события. А вот, когда вы внутри, какие вопросы рождаются? РУСЛАН: Что делать? С.НАСИБЯН: Что делать, за что, почему со мной это происходит? РУСЛАН: Да, наверное, надоело уже, сколько можно, одно и то же. С.НАСИБЯН: Ну, это не вопрос, это уже эмоция пошла. Смотрите, за что, почему, что делать со всем с этим. Вот обратите внимание, что каждый раз, когда вы попадаете в эти ситуации в жизни, вы оказываетесь внутри. Все, чему надо научиться, это выходить из этих ситуаций наружу, для того чтобы вы могли спокойно, так сказать, посмотреть со стороны на происходящее. Потому что, глядя на это со стороны, вы как раз-таки обретаете ту самую мудрость, в которой вы начинаете задавать вопросы, ну, например, зачем мне эти переживания, как вы правильно сказали. Для чего мне эти чувства даются, какой урок я из этого могу вынести, правда? РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: А давайте попробуем пофантазировать. А все-таки, какой урок, если вы со стороны смотрите на эту ситуацию, то какой урок вы можете вынести из нее? РУСЛАН: Что я, наверное, мало уделяю себе внимания, может, или своим делам. С.НАСИБЯН: А кому тогда вы уделяете это внимание? РУСЛАН: Я ищу как будто бы извне, постоянно нахожусь в поисках. С.НАСИБЯН: Подтверждения. РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: Почему вам так нужно, чтобы кто-то другой подтверждал правильность ваших действий, я не знаю, может быть, хорошесть вашу какую-то в этом смысле? Почему вам так важно это? РУСЛАН: Я вот, если вспомнить события моей жизни, то я сейчас честно могу признаться, что, наверное, я ни за одно событие в жизни не нес собственной ответственности. С.НАСИБЯН: Вы не представляете, как круто вы сейчас это сказали. РУСЛАН: То есть я все время ориентировался на других, чтобы кто-то, то есть делал то, что меня кто-то одобрит, кто-то скажет, что ты молодец. С.НАСИБЯН: Представляете, Руслан, вам 30, да? РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: И вы сейчас вот, глядя на свою жизнь, вы смотрите и понимаете, что вы не несли ответственности за это, вот это самый важный урок вообще всего, что могло произойти с вами. И вот здесь очень важно, как вы можете взять ответственность. А ответственность вы как раз-таки и можете взять теми вопросами, которые вы задали мне после перерыва, себе, вернее. Ну, как бы, не почему со мной это происходит, а, что меня привело в эту ситуацию, какой мотив у меня был там оказаться, для чего мне даны те или иные чувства, те или иные люди, те или иные события. Это и есть ответственность. Потому что в этот момент вы воссоединяетесь со своей собственной жизнью. Более того, вы обратите внимание, описывая вот эти события, которые вы назвали, что я их не довожу до конца или мне не удается построить отношения, они ведь окрашены негативным фоном эмоциональным, так? РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: Я в свое время сделал такое интересное открытие для себя самого, в себе самом, что позитивными или положительными событиями мы называем события, которые немного превосходят наши ожидания или соответствуют нашим ожиданиям. Так же? РУСЛАН: Да. С.НАСИБЯН: А вот отрицательными событиями мы называем события, связь с которыми мы отрицаем, то есть снимаем с себя ответственность. Если вы так быстро сегодня к этому пришли, то, ну, я уверен, что с этого момента вы научитесь брать на себя ответственность за события. Попробуйте сегодня прямо вечером, ну, я не знаю, до конца сегодняшнего дня жить очень медленно, прямо, знаете, смакуя вот эту самую ответственность за все, что будет происходить в течение сегодняшнего вечера. РУСЛАН: Договорились. С.НАСИБЯН: Отлично. Спасибо вам, Руслан. РУСЛАН: Спасибо. С.НАСИБЯН: Спасибо большое. Да? РУСЛАН: Я хочу сказать, что мы увидимся с вами на эстафете. С.НАСИБЯН: О, прекрасно, это вообще замечательно, значит, мы много с вами будем разговаривать. До встречи на эстафете. РУСЛАН: До встречи. Спасибо. С.НАСИБЯН: Отлично. Ну, что ж, вчера как раз тоже мы, когда разговаривали, в гостях я был у Сергея Стиллавина, и мы говорили, и слово ответственность вызывает оскомину у большинства людей. Но, если посмотреть на главную, ключевую, наверное, задачу любого человека, помогающей профессии, ну, я имею в виду психолога или психотерапевта, или коуча, то нет никакой другой, наверное, задачи, кроме как привести человека именно к ответственности за свою собственную жизнь. Мы все с детства слышим про ответственность очень много. Мы слышим это от родителей, от учителей в школе, от воспитателей в детском саду. Но самая главная проблема заключается в том, что, для того чтобы достаточно юному ребенку донести идею ответственности, ребенка нужно наказывать, ребенку нужно рассказывать о чувстве вины. Но дело в том, что само наказание само по себе и чувство вины не равно ответственности. Ответственность это наша связь с результатом. То есть, когда я понимаю, что я способен дотянуться до какого-то предмета, до какого-то объекта, и на основании этого я могу изменить. Но и надо сказать, что пока мы живы, мы можем изменить абсолютно все. Я пока отвечу на пару вопросов, у нас есть несколько минут. Вот мне пишет мужчина, Владимир, Республика Коми. «Вопрос, что дороже для женщины, секс или серьезные отношения? Я знаю ответ, но… Спасибо». Ну, я, конечно, не женщина, но, если вы меня спрашиваете, как у специалиста, могу сказать одно – женщины гораздо чаще приходят к специалистам в поисках мужчины, который способен на серьезные отношения, нежели на секс. Часто бывает такое, что у женщины все в порядке с серьезными отношениями, тогда она будет искать секс. Поэтому, что из этого важнее, ума не приложу, их же не разгадать никогда. «Не делай того, что делает тебя несчастным. Легко сказать. Страх делает меня пусть несчастным, совет – ну, и не бойся или не волнуйся, не помогает. Страх внутри меня, и я как бы могу на него повлиять, но он сильнее». Нет, друзья мои, страх до тех пор, пока не он в вас, вот, в чем дело, вы в нем, и это большая разница, когда вы находитесь внутри этого страха. Знаете, Будде приписывают прекрасные слова. На вопрос о том, что делать с гневом, Будда сказал – если ты видишь реку, ты уже не в ней. Если вы способны осознавать и видеть свой страх, вы не в нем. Мы возвращаемся к тому вопросу, о котором мы говорили в первом часе. Я еще раз прочитаю смску: «Не делай того, что делает тебя несчастным. Легко сказать», я читал до этого, пишет мне Олег. Я закончил прошлый час словами, которые приписывают Будде, который сказал, что, если ты видишь реку, ты уже не в ней. Но Олег пишет: «Жонглирование словами». Конечно, так и есть, жонглирование словами, зачем нам еще нужны слова. Я, надо признаться, вообще до того, как начал вести передачу на радио, был уверен, что я неплохо говорю по-русски. Но нет. Вот мне пишут, например: «Будет вам а-та-та от Гартман за феноме́н». Точно будет, потому что фено́мен, я понимаю, но уж простите мне мою простонародную речь. Жонглирование словами. Да, Олег, безусловно, это жонглирование словами, потому что каждое слово, которое мы слышим, оно попадает, как зерно попадает, либо на асфальт, либо попадает в воду и гниет. На асфальте склевано будет птицами, как говорили в одной мудрой книге. Но для зерна, для которого открыта почва, эта почва становится пространством, в котором потенциал этого зерна развивается. Любые слова, особенно, которые мы слышим от людей мудрых, которые услышал я, вот от того мастера, о котором я говорил, для них нам нужно открыть наш ум, чтобы это слово проникло внутрь, и только после этого начнет работать. Более того, это не совет, это инструмент, а это разные вещи. Поэтому, Олег, если вы сейчас это не услышали, я, к сожалению, ничего с этим не смогу сделать. Ну, что же, у нас звонок, прошу. МАКСИМ: Добрый вечер. С.НАСИБЯН: Добрый вечер. Рад слышать мужской голос. МАКСИМ: Добрый вечер, Сергей. Максим, Казань, 48 лет. С.НАСИБЯН: Очень приятно. МАКСИМ: Ситуация следующая. Ну, в браке 20 лет, но когда полтора назад повстречал еще одну женщину, с которой мне снова стало так же весело, так же интересно, как 20 лет назад с супругой. При этом, ну, и там, и там я получаю определенный позитив, эмоции, желания. Я понимаю, что я не хочу ни с кем из них расставаться, не хочу ничего терять, я хочу сохранить. Но я понимаю, что и общество не приветствует, ну, честно говоря, и супруга об этом узнала, и это приносит определенные ей, ну, не то, что определенные, реальные страдания, и этого не хочется. Как вот в этой поступить, я просто не знаю. Я еще раз говорю, я хочу сохранить и то, и то, потому что и там, и там я получаю то, что недополучаю в каждой из… С.НАСИБЯН: Максим, я точно не моралист, который вам сейчас скажет, как же вам не стыдно, да что же вы за человек такой, да разве же так можно. Нет, судя по тому, что вы рассказываете, я понимаю, что так делать можно, раз вы так делаете. Меня немного смущает другое. Вы несколько раз повторили о том, что вам эта ситуация нравится по причине того, что вы и там, и там получаете. Я даже не сомневаюсь, что получаете. А что вы и там, и там отдаете? Может быть, ваша супруга не так бы страдала, если бы вы ей все-таки отдавали? МАКСИМ: Ну, здесь, наверное, больше чувство собственности. То, что, а как так, что он там с другой женщиной. С.НАСИБЯН: Я понимаю. МАКСИМ: Я даю и там, и там, скажем так, я в семью отдаю больше, чем куда-то, ну, другой женщине. С.НАСИБЯН: Так, может быть, даете не совсем то, что она хочет от вас. Ну, я же не знаю, что вы там ей даете. Если вы имеете в виду, что вы финансово их обеспечиваете больше, чем тратите на любовницу, это одно. А, может быть, ей нужно что-то другое от вас? Что же такое, вы спрашивали у нее вообще, что она хочет получить-то, ваша жена? Просто вас? Зачем вы ей теперь особенно? Можете ли вы вообще дать ей то, что она ищет? Потому что может оказаться, что не можете. МАКСИМ: Ну, если она, скажем так, со мной. Ну, она со мной счастлива, как с ее слов, не хотела бы терять. Она, кстати, стала меняться после того, как узнала ситуацию. С.НАСИБЯН: Так бывает. МАКСИМ: И слова измена, значит, надо меняться, изменения. Я вижу в ней эти изменения, и мне эти изменения даже начали, то есть меня какие-то моменты сподвигли на ту ситуацию, которая произошла, а сейчас я вижу в ней изменения, я еще больше, ну, как бы и хочу. Еще раз говорю, мне и там, и там хорошо, я вот в такой дилемме. С.НАСИБЯН: Ну, смотрите, тот факт, что вам и там, и там хорошо, еще раз повторю, понятен. МАКСИМ: Да, понятен, да. С.НАСИБЯН: Но здесь же вопрос заключается в том, что вы запалились. МАКСИМ: Да. С.НАСИБЯН: Вот с этим не хотелось бы сталкиваться. Я так понимаю, пока никто не знал об этом, все было нормально. МАКСИМ: Да. С.НАСИБЯН: Там, правда, может возникнуть ситуация, когда любовница начнет перетягивать на себя одеяло, такое тоже бывает. Но, если вы способны договориться были бы, условно говоря, с любовницей о том, что она не хочет от вас ничего большего, а вы продолжаете свои отношения с вашей супругой и с вашей семьей, то, в общем, все было бы нормально, как и было, насколько я понимаю. И вот она узнала об этом. Ну, я думаю, что стереть ей память вы не сможете, у вас же нет такого прибора. МАКСИМ: Нет, конечно. С.НАСИБЯН: Нет, конечно. А давайте тогда поймем, а чего вы хотите-то сейчас? Вот как идеально будет выглядеть? МАКСИМ: Сохранить. С.НАСИБЯН: Сохранить, в смысле, что вот ваша жена, вот сейчас проблема же в том, что ваша жена знает и ей от этого больно. МАКСИМ: Да. С.НАСИБЯН: Все, что вы можете сделать, это поговорить с ней о том, есть ли вообще в мире, во вселенной такая ситуация или такие обстоятельства, или такая реальность, при которой ваша жена, зная о том, что у вас есть другая женщина, не будет страдать? МАКСИМ: Мы говорили с ней, она говорила, что она не будет в тройке, не хочет быть в тройке. С.НАСИБЯН: Ну, она не хочет, я ее понимаю. Значит, соответственно вы же ничего здесь не сможете сделать. Вы не сможете сделать ее счастливой насильно, так ведь? МАКСИМ: Не совсем. С.НАСИБЯН: Ну, как? Вы же не можете… МАКСИМ: Здесь же вопрос не в том, что счастлива, вопрос в том, чтобы не делать ей больно. С.НАСИБЯН: Да, но больно-то вы ей делаете тем, что у вас есть любовница, а она об этом знает. Пока не знала, не было больно, так? МАКСИМ: Да. С.НАСИБЯН: Вы не можете стереть ей память, мы это уже поняли. Значит, надо задать вопрос, вот, предположим, так есть, вот есть, как оно есть. Существует ли хоть какая-нибудь вероятность, при которой ты, родная, знаешь о том, что я имею женщину на стороне, но тебе не больно? Задайте ей этот вопрос. Очень большое количество женщин отвечают на это – конечно, подари мне Cartier или подари мне какой-нибудь бриллиант, я не знаю, как они все называются, 12-каратный. Вы, возможно, удивитесь. То есть вы поймете, во-первых, оказывается, такая реальность существует, а, во-вторых, вы до нее не дотягиваете. Может и такое быть, понимаете. Мы в этот момент, мужчины, начинаем сваливать на женщину. Ну, слушайте, ну, это уже у нас, условно говоря, у вас сейчас в данный момент жена и любовница, так ведь? Мы мужчины с вами, и мы должны взять на себя эту ответственность. Все, уже это произошло, в прошлом все уже случилось. Вы ничего с этим поделать не можете, с тем, что случилось. Вы можете поделать только с тем, что еще не произошло, согласны? МАКСИМ: Да. Поговорить, да? С.НАСИБЯН: Смотрите, тут разговор совсем другой. Разговор же простой, задайте ей этот вопрос – есть ли такая вероятность? Если она скажет «нет, такой вероятности не существует, я требую, чтобы ты бросил любовницу», ну, например, ну, значит, из этого вы уже будете исходить. Потому что то, что вам сейчас хорошо, это понятно. Но вам придется выбрать. Но, если один участник этого тройника, как вы выразились, готов на тройник, другой участник, вы, готовы, а третий не готов, ну, не можете же вы ее насиловать. МАКСИМ: Ну, да. С.НАСИБЯН: Поэтому я и говорю, поговорите, есть ли такая вообще вероятность, честно поговорите, тем более, уже все настолько открыто в ваших отношениях. МАКСИМ: Спасибо. Попробую. С.НАСИБЯН: Да, просто честно, честно говорите, это единственный способ выйти из этой ситуации, честный разговор. Всего хорошего. Ну, что же, у нас звонок? У нас сейчас будет звонок. Я понимаю, слушайте, люди по-разному живут. Я еще раз повторю, я не моралист и не священник, для того чтобы осуждать кого-то, бывают разные ситуации. Но честность это, на мой взгляд, самый главный инструмент, который может разрезать весь этот нарыв и позволить его вычистить. Итак, звонок. Добрый вечер. ЕЛЕНА: Добрый вечер. С.НАСИБЯН: Представьтесь, пожалуйста. ЕЛЕНА: Елена. С.НАСИБЯН: Итак, Елена, вы откуда? ЕЛЕНА: Тула. С.НАСИБЯН: Отлично, география ширится. Ну, то же, расскажите, что у вас случилось или какой у вас вопрос. ЕЛЕНА: Вопрос, как полюбить себя, поднять себе самооценку. С.НАСИБЯН: А вы ее давно уронили? ЕЛЕНА: Думаю, да. С.НАСИБЯН: Когда? ЕЛЕНА: Ну, как-то с детства так пошло. С.НАСИБЯН: Ну, то есть прямо вы и не помните себя другой? ЕЛЕНА: Наверное, да. С.НАСИБЯН: А расскажите, как это произошло. Ну, в смысле, как вы привыкли, что ли, к этому? ЕЛЕНА: Ну, так, где-то средняя школа, класса с 5-го, наверное, вот у меня подруга была, я считала, что подруга. Она как-то вот так сравнивала себя со мной и давала понять, что я, ну, не такая красивая, может, не так одеваюсь, как она, как-то так на второй план меня. С.НАСИБЯН: А вы, судя по всему, ей верили. ЕЛЕНА: Наверное, да, не знаю. С.НАСИБЯН: А что заставляло вас ей верить? Почему вы ее поставили в эту позицию или в эту ролевую модель, которая может вам навязывать эти критерии? ЕЛЕНА: Даже не знаю. Ну, возможно, на тот момент мне казалось, что она, ну, скорее всего, это было именно из-за того, что как-то она моднее одевалась. Сейчас вот я смотрю, популярней, чем я в классе, она не была, допустим. Со мной также все общались, я не была изгоем каким-то. Почему я так, не знаю, почему так. С.НАСИБЯН: То есть, смотрите, вам нравилось то, что она модно одевается. ЕЛЕНА: Ну, да. С.НАСИБЯН: Вы хотели бы одеваться так же, как она. ЕЛЕНА: Хотела бы. С.НАСИБЯН: Но не могли. ЕЛЕНА: На тот момент, да, нет, не могла. С.НАСИБЯН: Я понимаю. ЕЛЕНА: Финансовые возможности родителей не совпадали. С.НАСИБЯН: И соответственно обратите внимание, что в этот момент вы поверили в то, что человек, например, должен выглядеть так, как вот эта девушка. ЕЛЕНА: Ну, да. С.НАСИБЯН: И сейчас вы продолжаете, я так понимаю, глядя на других людей, сравнивая себя с ними, все время находить внутри себя или внешне находить какие-то несоответствия тем идеальным образам, которые вас окружают. ЕЛЕНА: Да. С.НАСИБЯН: Зачем вам это нужно, как вы думаете? ЕЛЕНА: Не знаю. С.НАСИБЯН: Ну, давайте предположим, зачем. Вот вы заходите в автобус, а там все лучше вас. Зачем вам так думать? Зачем вам вообще об этом думать? ЕЛЕНА: Какое-то желание доказать кому-то, может быть, что я такая же, как они, что я не хуже. С.НАСИБЯН: Тогда зачем вы думаете о том, что они лучше, чем вы. Вы же можете думать, как угодно. Зашли такая в автобус, и думаете – надо же, какие уроды, и я такая красавица, принцесса. Вы могли бы так думать. Но вы почему-то начинаете думать, что они краше вас. ЕЛЕНА: Почему-то да, я начинаю думать, что я что-то делаю не так. Ну, мне, может быть, часто говорят о том, что я вот, даже дети иногда мне говорят, что я все делаю не так, мои дети. С.НАСИБЯН: Я понимаю. ЕЛЕНА: Я начинаю копаться в себе, что я ничего не могу, что-то начинаю и бросаю, не довожу дело до конца. С.НАСИБЯН: Нет, смотрите, я точно уверен, что, если я попрошу вас себя оценить, вы мне расскажете огромное количество негативных ваших сторон, и почему вас не стоит любить и уважать. Это я не сомневаюсь, если вы говорите про низкую самооценку. Я же спрашиваю, зачем вы себя так позиционируете? Что вам дает вот эта уверенность в том, что вы недостаточно красивы, умны, не знаю, интересны? ЕЛЕНА: Не знаю. С.НАСИБЯН: Я знаю, что вы не знаете, Лен, я знаю, что вы не знаете. Но, отвечая мне на этот вопрос, вы закрываете наш разговор. Давайте, после «не знаю», какой ответ? ЕЛЕНА: Что мнение окружающих. С.НАСИБЯН: Что мнение окружающих? ЕЛЕНА: Дает мне повод думать так. С.НАСИБЯН: Нет, я спрашиваю еще раз, для чего? Для чего вам думать именно так? Я не спрашиваю, почему вы так о себе думаете. Я спрашиваю, для чего вы так о себе думаете? Это же вы думаете, правда? Вот я вас попрошу сейчас… ЕЛЕНА: Наверное, хочу быть лучше. С.НАСИБЯН: Если бы вы хотели быть лучше, вы бы думали о себе, что вы лучше всех. А вот вы почему-то все время оставляете свое место где-то, ну, там, ближе к концу, что называется. Вы, конечно, знаете наверняка пару, тройку людей, которые хуже, чем вы, но все остальные лучше. Ну, давайте посмотрим, зачем же? ЕЛЕНА: У меня нет вариантов. С.НАСИБЯН: Ну, обратите внимание, Лен, если я вас сейчас попрошу не дышать, у меня есть ощущение, что вы вполне справитесь с этой задачей, ну, хотя бы секунд на 30, так ведь? ЕЛЕНА: Так. С.НАСИБЯН: Если потренируетесь, то до 2-х минут доведем прямо в течение десяти минут эфира до 2-х минут задержки дыхания доведем. Но, если я попрошу вас, Лена, не думайте о себе плохо, сможете? ЕЛЕНА: Ну, не так быстро, не за десять минут эфира. С.НАСИБЯН: Да, а я снова буду говорить вам – Лена, не думайте о себе плохо, не думайте о себе негативно, не надо так делать, не думайте, Лена, о себе. Что вы будете делать, для того чтобы не думать о себе плохо? ЕЛЕНА: Искать что-то положительное в себе. С.НАСИБЯН: Ну, то есть вам придется думать о чем-то другом, правда ведь? ЕЛЕНА: Да, да. С.НАСИБЯН: Потому что, если я буду сидеть так и говорить монотонно – Лена, ни в коем случае не думайте сейчас о своей низкой самооценке, не стоит думать о том, что вы некрасивая, не стоит думать о том, что… ЕЛЕНА: Я буду только об этом думать. С.НАСИБЯН: Да, да, если не переключитесь. И поэтому я и говорю, вам, конечно же, нужно уметь переключать свои мысли на что-то другое. Вы же умеете осознавать, что вы прямо сейчас находитесь в самобичевании, так? ЕЛЕНА: Да. С.НАСИБЯН: Ну, смотрите, у самооценки есть, в общем-то, три функции ключевые, одна из них защитная, другая регуляторная, а третья, в общем-то, развивающая. Защитная, понятно, она обеспечивает стабильность нашей психики. Вот, зачем вы так о себе думаете. Потому что, если вы так о себе не будете думать, вы все время будете вступать в конфликт с окружающими, которые думают о вас так. Вы боитесь с ними столкнуться, потому что та подружка вас заставила поверить в это. Вот это первое, зачем вы о себе так думаете, вы боитесь столкнуться с их реальным мнением. А вы не знаете, какое оно. Понятно, что она регулирует ваше психическое состояние при этом. Но переключить это нужно только на развитие. С точки зрения развития вы должны как бы задуматься о то, что у вас есть сильного, например, какие у вас есть позитивные стороны, предположим. И, самое главное, ведь вспомнить, что это подруги больше нет, Лен. Вам 30 лет, вы мать, насколько я понимаю. ЕЛЕНА: Да. С.НАСИБЯН: Так вот здесь в этом смысле вам и нужно понять, что вас уже никто, в принципе, не может судить. Вы же понимаете, если бы это была самооценка, ну, вы могли бы ее сейчас задрать до небес. Но есть там кто-то другой, кто не дает вам это сделать. ЕЛЕНА: Ну, я постоянно сталкиваюсь с людьми, которые хотят меня как-то опустить ниже себя, что ли. Может быть, даже это они, ну, я сейчас так понимаю, что, может быть, они понимают, что они хуже, чем я и пытаются меня спустить до своего уровня в их глазах. С.НАСИБЯН: Они-то, может быть, и пытаются. Зачем вы им даете это делать? ЕЛЕНА: Наверное, страх вот этот. С.НАСИБЯН: Да, страх вот этого конфликта, конечно. Так вот здесь дело не в самооценке, а в страхе этого конфликта. Но только в конфликте мы развиваемся, вот, в чем дело. Не в ссорах, заметьте, не в драках, а именно в конфликтах, то есть в несоответствиях. Попробуйте в каких-то маленьких, ну, я не знаю, в каких-то ситуациях мелких достаточно, где вы не рискуете, попробуйте идти на этот конфликт. Открывайте прямо вот, открывайтесь миру в этом смысле, открывайтесь этому конфликту. Все, что вам необходимо сделать, для того чтобы вы начали себя оценивать выше, это выстаивать, отстаивать себя в своей собственной индивидуальности, в каких-то небольших элементах. Попробуйте, посмотрите, очень много вас окружает в вашей жизни моментов, где вы могли бы это сделать. Хорошо? ЕЛЕНА: Хорошо. С.НАСИБЯН: Дело не в самооценке, дело в конфликте и в страхе перед ним. Рискуйте, правда, это вопрос риска. ЕЛЕНА: Я поняла. С.НАСИБЯН: Спасибо. ЕЛЕНА: Спасибо вам. С.НАСИБЯН: До свидания. Ну, что же, самооценка, действительно, один из важнейших инструментов личностного роста, один из важнейших инструментов достижения цели. Как ее поднять? Друзья мои, я не знаю другого способа, кроме, как постоянно идти на риск и сталкиваться с реальностью и обратной связью от других людей. Я хотел бы продолжить буквально одну минуту. Надеюсь, Лена из Тулы меня слышит сейчас. Когда люди обращаются за тем, что нужно как-то повысить самооценку, важно вспомнить одну простую вещь. Друзья мои, если бы в этом процессе были бы только вы, и эта самооценка была бы только результатом ваших мыслей о себе, все было бы гораздо проще. Ну, научитесь думать о себе позитивно. Отлично. Я, правда, в это не очень сильно верю. Дело в том, что мы эту самооценку постоянно подтверждаем в отражении наших мыслей от других людей. Нам кажется, что мы знаем, как о нас думают другие люди. Вы очень сильно удивитесь, если узнаете, как, на самом деле, обстоят эти дела. И неоднократно я предлагал такие эксперименты проводить участникам своих программ, тренингов, семинаров, для того чтобы они поспрашивали друг у друга, а как вообще выглядит этот человек, что он из себя представляет, что о нем думают люди, что чувствуют в его присутствии. Но, как выйти? Я сказал – рискуйте. Но как выйти, как рисковать этим самым, как рисковать, по сути, тем, что я знаю о себе? Ну, давайте сделаем простое упражнение. Не только Лена, а все те из вас, кто сейчас внимательно прильнул к своим радиоприемникам, для того чтобы услышать упражнение, или, например, кого коснулась тема самооценки, сделайте простую штуку. Завтра, когда вы пойдете куда-то в своем городе, когда вы будете одеваться, наденьте на себя что-нибудь необычное. Ну, я не знаю, выйдите на улицу в бигуди или какую-нибудь смешную шляпу, а, может быть, какую-то карнавальную маску на лоб. Понаблюдайте. Первое, понаблюдайте за тем, что будет с людьми рядом с вами, как они будут к этому относиться. А второе, самое главное, понаблюдайте, что будет происходить с вами в этот момент. Вы можете очень удивиться. Если вам так сложно с этим, выйдите на самую оживленную площадь вашего города и вслух прочтите какое-нибудь детское стихотворение. Но ваша задача выдержать то внимание, которое вы получите от других людей. Так что вот так. Ну, и, конечно же, есть еще упражнение прекрасное. Каждый раз, когда вы будете себя оценивать недостойно, ну, щипайте себя, например, тоже будет работать. Что же, у нас звонок. Добрый вечер. ВИКТОРИЯ: Добрый вечер. С.НАСИБЯН: Представьтесь, пожалуйста. ВИКТОРИЯ: Виктория из Санкт-Петербурга. Вопрос у меня про внутренний конфликт во взаимоотношениях с мамой. Что можно предпринять, в какую сторону, может быть, подумать, чтобы перестать вовлекаться в ее критику, в претензии, ну, наши взаимные претензии, в мой адрес, друг с другом как бы. Я испытываю после общения, получается, с ней, ну, как, плохое настроение, усталость, но это накопившееся, потому что от нее идет постоянно гиперопека. Я понимаю, что мои ценности, они, ну, вот это семья, отношения с родителями, я не могу ничего здесь выбрать. То есть нужно мне что-то выбрать или как мне поступать в таком случае. С.НАСИБЯН: А что именно вы можете выбрать? Из чего вы выбираете, я не очень понял? ВИКТОРИЯ: Ну, то есть ценности и убеждения, получается. Ее убеждения не сходятся с моими убеждениями. С.НАСИБЯН: Ну, подождите, ее убеждения, например, о том, что вы… ВИКТОРИЯ: (неразборчиво) С.НАСИБЯН: Простите, сейчас как-то связь прерывалась. Что вы говорите? Какие ее убеждения, с какими вашими не сходятся? ВИКТОРИЯ: Нет, просто ценности наши не сходятся по поводу семейных отношений. С.НАСИБЯН: Я уверен, что ваша мама тоже хочет, чтобы вы были счастливы в семье, разве нет? И вы хотите быть счастливой в семье, так ведь? ВИКТОРИЯ: Но она критикует, получается, очень явно, я даже тут не ожидала, что она будет так критиковать меня и мой выбор. С.НАСИБЯН: Подождите, кого она критикует вас или вашего мужа? ВИКТОРИЯ: Она считает, что мой выбор ложный. Но она мужу не говорит, она говорит это мне постоянно, я не хочу это. Как воспринимать от нее такие, даже не знаю, как это, что мой выбор ложный, получается, вот. С.НАСИБЯН: А вы хотя бы раз спрашивали, какое это ее дело? ВИКТОРИЯ: И она хочет как-то меня перенастроить. Я говорю, что я не могу разводиться. Я не спрашивала, какое ее дело. С.НАСИБЯН: Виктория, скажите, пожалуйста, на простой вопрос, вы хотя бы раз задавали ей простой вопрос – мам, а тебе, какая разница, кого я выбрала? ВИКТОРИЯ: Нет. Пока нет, я не задавалась таким вопросом. С.НАСИБЯН: Почему? Почему вы не задавали вопроса этого? ВИКТОРИЯ: Ну, как-то вскользь, может быть, но в общении, конечно же, что-то там, может быть. Но так откровенно нет. С.НАСИБЯН: Нет, подождите, еще раз, Виктория, смотрите, вы, может быть, где-то в сердцах говорили ей о том, это не твое дело. А я задаю другой вопрос, вам же нужно спросить – мам, а тебе-то, какая разница, за кем я замужем? ВИКТОРИЯ: Я-то понимаю, что ей, по сути, должно быть это безразлично. Но я не задавала этот вопрос ей. С.НАСИБЯН: Ну, это, наверное, то, с чего стоит начать, правда же? ВИКТОРИЯ: Да, да. С.НАСИБЯН: Потому что вам же, для того чтобы сепарироваться, как вы выражаетесь, от мамы, это вы написали в своем вопросе, для того чтобы сепарироваться, вам надо сначала вообще, в принципе, расставить, ну, скажем так, объектно-субъектные отношения с мамой выстроить. Что есть мама, как объект, вы есть, как субъект, с маминой стороны, наоборот. А дальше уже надо понимать, а зачем вообще нам нужны эти отношения, какие отношения нам нужны, в чем цель наших отношений с мамой. Если вы сразу говорите о ценностях, то здесь важно понимать, ценности-то у вас все равно будут одинаковые, потому что вы из одной культуры, вы из одной семьи, вы из одного тест, что называется, сделаны. А вот не ценности, а убеждения относительно этих ценностей точно будут разные. ВИКТОРИЯ: Ну, да, да. С.НАСИБЯН: Они точно будут разные. И поэтому, если вы спросите – мам, зачем тебе нужно вообще знать, как нам, что у меня с мужем, какой он у меня. Она скажет – как зачем, потому что я хочу, чтобы ты была счастлива. Так я счастлива, вот, что нужно сказать маме. ВИКТОРИЯ: Да, да, хорошо. С.НАСИБЯН: Потому что мама точно хочет, чтобы вы были счастливы. Другой вопрос, если вы приходите к ней и рассказываете ей все время про то, что у вас что-то не так, то, конечно, она пытается вас защитить. ВИКТОРИЯ: Нет, такого нет, я не рассказываю, я ничего не рассказываю. С.НАСИБЯН: Ну, все правильно. Значит, она лезет в вашу жизнь, для того чтобы вы стали счастливой такой, как она считает нужным вы должны быть. И вот здесь об этом и надо здесь поговорить. Поговорить именно о том, что, мама, если ты хочешь, чтобы я была счастлива, вот сейчас оно так и есть. ВИКТОРИЯ: Верно. С.НАСИБЯН: Но давайте я задам вам совсем крамольный вопрос. Сколько вам лет? ВИКТОРИЯ: Мне много лет, мне 37 лет, я взрослый человек. С.НАСИБЯН: 37, это не самый крамольный вопрос. Следующий вопрос будет крамольный. Вам мама-то вообще на фига? ВИКТОРИЯ: Ну, мы живем в одном городе, у меня маленький ребенок. Я хочу, у меня к ней тоже взаимные претензии, чтобы она почаще виделась с внуком, чтобы общалась с ним, ну, не была занята все время. С.НАСИБЯН: А зачем? ВИКТОРИЯ: Ну, чтобы, не знаю, может быть, она мне не уделяла достаточно внимания. Может быть, я так хочу, чтобы она восполнила хотя бы через внука. С.НАСИБЯН: Тогда она точно имеет право говорить вам – вот выйди замуж за нормального мужика, и я буду чаще смотреть. А еще не так – роди заново от нормального мужика, и с внуком от нормального мужика я буду, конечно, чаще сидеть. ВИКТОРИЯ: Да, все так и есть. С.НАСИБЯН: Проблема заключается в том, что вы от мамы требуете, а не она от вас. Как только вы перестанете требовать, и она перестанет. ВИКТОРИЯ: Нет, ну, вот на вопрос, а зачем мне мама, то есть я люблю, тоже хочу ей помогать. С.НАСИБЯН: Любите, помогайте. ВИКТОРИЯ: И видеться время от времени. С.НАСИБЯН: Любите, помогайте и даже иногда видьте ее. ВИКТОРИЯ: Когда мы видимся, стычки все равно происходят. С.НАСИБЯН: Да, конечно, потому что у вас внутри, Виктория, есть к ней претензия, что она вам не уделяла время. Вы ей ребенка родили нового, говоришь – может быть, ему хотя бы время уделишь. Но она, если она своему родному ребенку не уделяла, зачем она будет вашему уделять? ВИКТОРИЯ: Ну, да, она по-своему права, конечно. С.НАСИБЯН: Конечно, права. Она, в общем-то, вам уже 30 лет с лишним это доказывает. А вы говорите – нет, мама, как же, смотри, какого я красивого ребеночка тебе родила, ну, пожалуйста, посиди. Ну, слушайте, ну, не хочет человек. И, конечно, если она не хочет, она не может себе в этом признаться. ВИКТОРИЯ: Я не могу выбрать, с ней вообще перестать общаться, либо, как вот, что… С.НАСИБЯН: Я не предложил перестать общаться. Я предложил убрать свои претензии в ее адрес, и вы удивитесь, возможно, и ее претензии отвалятся. Это и есть сепарация. Сепарация это не «не общаться». Сепарация это строить нормальные, адекватные отношения, когда нам вдвоем лучше, чем по одному. И не важно при этом, с мамой, с сыном, с дочкой, с мужем, с соседом, с кем угодно. Сепарация это про это. ВИКТОРИЯ: Спасибо большое. С.НАСИБЯН: Спасибо вам. Всего хорошего. До свидания. Вот один из вопросов, который пришел совсем недавно: «А что, если муж не идет на честный, откровенный разговор? Нина». Нин, а я же не знаю, что. Если муж не идет на откровенный, честный разговор, значит, вам не удастся честно поговорить с мужем, вот и все. Можете вы жить без этого, продолжайте жить. Не можете, меняйте мужа или меняйте мужа. Ну, в смысле, либо станьте причиной его изменений, либо найдите нового мужа. Но только новому мужу обязательно тоже скажите, что вы вообще, в принципе, планируете всегда быть честной. Потому что у меня есть подозрение, что, если ваш муж сегодня не готов на откровенный, честный разговор, то он не готов на него не только сегодня. Вы изначально об этом как бы договорились. А, если вдруг у вас сегодня внезапно возникло желание быть честной, искренней и откровенной, это не проблема ваших партнеров, это ваши проблемы, будьте с этим как-нибудь. Так что, вот. Я не знаю, вы не можете, в общем-то, в этом смысле ничего с ним поделать. Что же, вопрос: «Если видишь, что человеку нужен психолог, но он этого не понимает, что делать?» Ничего не делать. Я вообще не очень понимаю, как вы видите, что человеку нужен психолог. Если вы видите у человека, например, дырявые зубы, вы знаете, что ему нужен стоматолог. Если вы видите, что человек кашляет, вы понимаете, что его нужно отправить, не знаю, к терапевту. Если вы видите, что человек ходит, как впотьмах, наверное, нужно отправить его к офтальмологу. А вот, как к психологу-то его отправить? Вам кажется, что вы видите, что человек несчастен? Или вы способны видеть его душу? Или вы способны видеть его психику? Друзья мои, не надо, потому что слишком много будет переносов ваших собственных комплексов на того человека, которого вы определяете, как больного. «А вот, если чувствуешь себя прекрасно без каких-либо отклонений, здоровым в психологическом плане или, главное, окружающие, в целом, согласны, – пишет мне Анна, – есть ли смысл идти к психологу без конкретных запросов?» Друзья, я вот убежден в том, что к психологу надо ходить с такой же частотой, как вы чистите зубы и по той же причине. Мы же чистим зубы не для того, чтобы они были только чистые, но и для того, чтобы были здоровые. Психолог это трубочист. Психика это труба. И психолог соответственно прочищает и вы вместе с ним, это вот самое важное. Поэтому, на мой взгляд, лучше смеяться с психологом, чем плакать с психиатром, я уже говорил. Екатерина, Москва: «Как перестать трусить, если дело касается обыденных вещей? Не могу сказать «да» доверенному лицу по работе, не могу планировать жизнь, не могу сделать путевку, отдых, потому что нет сил. Такие проблемы были раньше, но обострились в последнее время. Как перестать трусить?» Друзья мои, трус это тот, кто идет на поводу у своего страха. Смелый это тот, кто идет навстречу своему страху. Все, что я могу сказать в ответ на этот вопрос. Сегодня мы коснулись важных тем, на мой взгляд. И одна, наверное, из важнейших тем, которая прозвучала в вопросах, когда я разговаривал со слушателем по имени Виктор, это про счастье. Я знаю, что сейчас меня слышит достаточно большое количество людей, и наверняка всем этим людям так же стало интересно, каков же ключевой, наверное, секрет, что ли, счастья. У меня есть иллюзия или фантазия, как любят говорить психоаналитики, что я раскрыл для себя эту формулу. Если предположить, что счастье это повышенный набор наших гормонов эндорфина, серотонина, дофамина и многих других, то, в общем-то, вполне себе можно научиться, управляя собственным состоянием, достигать этого уровня в повышенном эквиваленте. Ну, там, я не знаю, серотонин, если я, конечно, правильно все помню, может вырабатываться в результате каких-то действий, связанных с риском. Не экстремальных видов спорта, а вот, когда, например, вы прочтете стихотворение, как я вам предложил, на площади у себя в городе детское, когда вы наденете на себя смешную шапку и весь день в ней походите, вы увидите, что ваше настроение начнет подниматься. А дофамин вырабатывается в результате активной не только физической, но и умственной деятельности решения задач. Чем больше мы их решаем, тем больше этого самого дофамина. Я попрошу вас сейчас сделать одну простую вещь. Вспомните любое по продолжительности время, когда вы были по-настоящему счастливы в своей жизни. Это может быть день, может быть час, а, может быть, год, я не знаю, сколько длилось это состояние. Закройте глаза, сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов, и вспомните момент, в котором вы по-настоящему были счастливы. И я сделаю это вместе с вами. Я хочу, чтобы вы сейчас в своем сознании запечатлели этот эпизод из вашей жизни и обнаружили простую вещь. Вот, глядя на себя со стороны в этом эпизоде, как в статичной картинке или, возможно, динамичной картинке, вы можете увидеть очень интересную закономерность. В этот момент вашей жизни вы были удовлетворены в трех ключевых аспектах. Вы любили то, что вы делаете или тех, с кем вы находитесь, вы были свободны в своем выборе быть там, где вы находитесь и с теми, и то, что с вами происходило, развивало вас. Так вот для меня счастье это, в общем-то, реализация трех ключевых потребностей нашей личности в любви, свободе и развитии. Это то, чем занимается ребенок с самого появления на свет. Все, что он делает, она посвящает именно этому. Он это любит, он свободен и он развивается. И я предлагаю вам следующую неделю пожить в этом контексте, искать для себя возможности быть счастливыми, искать для себя возможности развиваться в чем-то, познавать что-то новое, искать для себя возможности любить то, что вы имеете уже на данный момент, ну, и, конечно, доверять себе, как можно больше. Фильм, который я порекомендую вам к субботнему или воскресному просмотру, называется «Еще по одной». Прекрасная скандинавская трагикомедия или черная комедия, можно ее назвать, про четверых друзей, которые живут где-то в Дании, в небольшом городке, работают в школе. Но вот в их жизни как-то все не складывается. Не буду спойлерить. Они придумывают для себя идею, основанную на датской системе поиска счастья, есть такая специальная философия. И вот я хочу, чтобы вы увидели, что даже в этой ситуации, в которой абсолютно депрессивная обстановка, отсутствие деятельности какой-то интересной, у каждого из них свои проблемы в своей собственной жизни. Но они совершают очень важный шаг. Они договариваются на определенный эксперимент и погружаются в этот эксперимент. Вот этот прыжок навстречу новому, прыжок в бездну. В этом риске, согласно этой теории, и проявляется величие божественного. Потому что, когда мы все знаем, когда мы обречены находиться в стабильном, часто статичном состоянии нашей так называемой зоны комфорта, мы даже как бы не способны, что ли, оценить того, что происходит за пределами ее. Потому что все эти чудеса как раз-таки начинаются там, где заканчиваются наши знания о жизни, а начинается неизведанное. И это неизведанное помножается на возможное. И вот в этой комбинации неизвестного с возможным, мы способны обнаружить это самое счастье. Я настоятельно рекомендую вам посмотреть на этой неделе этот фильм, «Еще по одной» он называется. Ну, и надеюсь, что вы смотрели фильм по моей прошлой рекомендации. Ну, а я вернусь через две недели в эфир, и мы с вами снова будем разговаривать, снова вы будете задавать вопросы, а я буду на них отвечать. Напомню, что это программа «Провокация» и я, Сергей Насибян, к вашим услугам психолог, психотерапевт, коуч. А сегодня я благодарю всех тех, кто был достаточно смел, чтобы выйти со мной в эфир и поговорить о наболевшем. Всегда складывается ощущение, что все, что мы делаем, не зря, если это принесло пользу хотя бы одному человеку. До новых встреч.

Выпуски
2026
2025
2024
2023
2022
2026
2026
Новый сезон
Статьи
На "Смотрим" стартует серия видеоподкастов ведущих радиостанции "Маяк"
На "Смотрим" стартует серия видеоподкастов ведущих радиостанции "Маяк"