Как советская власть от шага к шагу увеличивала число энтузиастов? Какая политика способствовала развитию общественного движения? САРАЛИДЗЕ: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Армен Гаспарян, Дмитрий Куликов, Гия Саралидзе. Рад приветствовать вас, друзья. КУЛИКОВ: Здравствуйте. ГАСПАРЯН: Приветствую. САРАЛИДЗЕ: Сегодня хотим мы поговорить об общественных движениях, причем общественных движениях, на которые власть, государство опиралось в достаточно тяжелые времена, и опиралось именно на то, что мы называем энтузиазмом. У нас была целая программа, которая была посвящена детским и юношеским организациям, которые возникли в начале 20-го века. Конечно, мы и об этом сегодня тоже будем говорить, но этим дело не исчерпывается, не только на энтузиазм совсем молодых опиралось молодое государство. Как бы ты вообще, Дима, охарактеризовал те движения, которые были, и их связь с властью и государством? КУЛИКОВ: Знаешь, интересно – через сознание связь осуществлялась. Потому что в принципе к чему апеллировала власть? Ну она апеллировала сначала к революционной сознательности масс, потом к пролетарской сознательности масс. Ну, кстати, в годы Великой Отечественной войны – к патриотической сознательности, потому что "за родину, за Сталина" – "за родину" было впереди, если главную идеологему брать. Поэтому, отвечая на твой вопрос, я сделаю это сложно. Но при этом я считаю, что другого понимания нет. Все общественные движения осуществляются через сознание и через сознательность, когда люди принимают действительно для себя решение, что что-то для них важно и они готовы даже чем-то жертвовать. Потому что если мы посмотрим, когда это все начиналось, там пионерия-комсомол, ну это же вообще было неочевидно, и в принципе это сталкивалось с глубоким социальным неприятием. А следующий шаг, там значимый, это так называемые 25-тысячники, когда опять же сознательный пролетариат, сознательных коммунистов и сознательных комсомольцев, отправляли в глубинку, в село для того, чтобы они вели там самую разнообразную работу. И в принципе этих людей ведь встречали во многом в штыки, а эти люди ничего от этого не получали – никакого ни карьерного роста там, ни каких-то зарплат, ни еще чего-то. Ну а если взять 30-е годы, мы об этом говорили очень много, что, конечно же, сталинская модернизация основным своим ресурсом имела крайне заниженный в оценке труд и сверхэксплуатацию этого труда. Но при этом точно совершенно стахановское движение было. Да, понятно, с этим там оперировали в сфере информации определенным образом, но оно реально было. … САРАЛИДЗЕ: Армен, для того, чтобы опираться на энтузиазм и на какую-то сознательность, вот если мы говорим о тех же 25-тысячниках, это должна быть основа, какая-то платформа, вот 25 тысяч этих людей, которые вдруг откуда-то взялись. Они ведь не были действительно там подготовлены, они не были выпущены из какого-то специального института. Откуда это бралось, на твой взгляд? ГАСПАРЯН: Идеология сказалась. С самого начала прихода к власти большевики уделили огромное внимание идеологической подготовке населения страны. Это вот, кстати, разительно их отличает от любого белого правительства в любой период, потому что более наплевательского отношения к идеологи в принципе сложно продемонстрировать. Десятки, сотни газет занимались подготовкой принципиально нового человека для принципиально нового общества. И с каждым следующим удачным шагом советской власти число энтузиастов новой жизни, новой страны увеличивалось в геометрической прогрессии... Слушайте в аудиофайле!